Халхин-Гол. Граница на крови

Когда красноармейцы, оставшиеся в живых, двинулись к флангам, им навстречу с двух сторон выскочили по три японских солдата. Преимущество мизерное, всего один человек, но на стороне японцев сыграл фактор неожиданности. Бойцы младшего сержанта Вербича оказались охвачены.

На стрельбу из винтовок времени не осталось. Солдаты сошлись в штыковом бою, дрались яростно, молча. Пал один красноармеец, но утащил за собой врага, пробитого штыком, за ним и второй.

Какой-то японец отошел в сторону, вскинул винтовку. Младший сержант не успевал достать его. Но раздался хлопок. Противник, который уже готов был выпустить всю обойму в советских солдат, упал на колени, выронил винтовку, схватился за живот и с диким ревом повалился набок. Его подстрелил пилот, следивший за ходом рукопашного боя.

Всех прочих японцев красноармейцы положили быстро. Старший лейтенант Гавриленко сумел подстрелить еще одного, что в принципе и предопределило исход схватки. Солдат, оравший от боли, был добит выстрелом из винтовки, чтобы не мучился. Все одно ранение в живот смертельное.

Младший сержант понимал, что японцы могли в любой момент выслать подмогу своим, действовал решительно и быстро.

— Петруха, берешь пилота! Остальные — по одному убитому. Отходим! Живо, мужики! — приказал он.

Капитан Новиков видел, что отделение начало отход, и приказал пулеметчикам прикрывать своих. «Дегтяри» стреляли вслепую, по направлению, но пули никуда, кроме позиций японцев, попасть не могли. Если только в недолет или перелет. Стрельба ДП обеспечила пехотинцам и летчику выход в безопасную зону. Наконец-то младший сержант Вербич, четыре его бойца и пилот, раненный в ногу, упали в траншею.

К летчику подошел Новиков и спросил:

— Кто ты, герой?

— Старший лейтенант Гавриленко, зовут Федором. И не герой я никакой. Это твои ребята самые настоящие герои. Они сошлись с японцами в рукопашной и положили их.

— Ты как?

— Нога! Надо бы врачу показать."

"— Ну, врача у меня нет, есть санинструктор. Старшего сержанта Зимина сюда! Быстро!

Тот мигом прибежал, и санитары отнесли летчика в Номан.

Новиков подошел к связисту и спросил:

— Связь еще действует?

— Так точно, товарищ капитан!

— Вызови мне комбата.

— Слушаюсь!

Связист почти сразу передал трубку Новикову и сказал:

— Майор Филатов слушает.

— Мы спасли пилота сбитого истребителя. Пришлось отбивать его. Японцы выслали к этому месту как минимум отделение и прикрывали его действия огнем станкового пулемета, — доложил капитан командиру батальона.

— Пулемет вы уничтожили? — осведомился тот.

— Никак нет! Он находится на закрытых позициях. Во время боя проявил себя сам пилот, старший лейтенант Гавриленко.