Гувернантка с секретом

До меня не сразу дошел смысл этой фразы, но когда дошел, я подняла взгляд на Кошкина и подивилась, как мне самой не приходила эта мысль раньше. Даже учитывая то, что лицо Балдинского обезображено, – друзья молодости все равно бы его узнали. По голосу, по манере держаться…

– Если ни граф, ни Стенин не узнали Сорокина в Балдинском, то, возможно, это лишь потому, что Балдинский – это просто Балдинский? – предположила я с сомнением.

– Возможно, – согласился Кошкин. – Или они просто не подали виду, что узнали.

– Зачем? Если даже один из них застрелил старика, то почему молчит второй? Хотите сказать, что они в сговоре и действовали сообща?

– Можно и это предположить… если они знали, допустим, что Балдинский – предатель, то могли решить его участь вот так, по-своему.

В магазинчике Марго повисло тягостное молчание, потому что убийство Балдинского вдруг приобрело совсем другую окраску. Я даже задумалась – стоит ли продолжать в таком случае поиски его убийцы?

Тишину нарушил Ильицкий: сперва он разбил одну из склянок Марго – пустую, слава богу, – а потом, чтоб его не успели отругать, сказал:

– Или все было гораздо прозаичнее: у Балдинского имелся некий компромат на сиятельного графа. К примеру, что он, граф, на самом деле предатель Сорокин. За что Балдинский и поплатился жизнью. Стенин, разумеется, не хочет, чтобы его постигла та же участь, поэтому молчит. К тому же, если не ошибаюсь, Курбатов Стенину постоянно одалживает суммы.

Но Кошкин ему тотчас возразил:

– Сомнительно, что Курбатов в этом случае стал бы надеяться на молчание Стенина. Он убрал бы и его.

– Так еще не вечер, – пожал плечами Ильицкий, – вот сейчас приедете на Пречистенку – а там еще один труп.

– Да типун вам на язык!.. – Кошкин вскочил с места и даже голос повысил от волнения.

Я тоже поежилась от такого пророчества. А Ильицкий продолжал:

– Я бы на вашем месте, господа сыщики, лучше подумал бы о том, почему господин Щербинин в молодости выбрал себе такой псевдоним – Сорокин. Вряд ли просто так: даже прозвища всегда даются за дело, а уж если человек сам себе выдумывает вторую фамилию… это обязательно что-то да значит. Вот у меня, например, в армии знаете какое прозвище было?

– Догадываюсь, – хмуро глянул на него Кошкин.

– А вот и неправильно догадываетесь: меня звали просто Илюшей.

Я же отвлеклась, уже согласившись, что Ильицкий прав. Связь обязательно должна быть. Причем очевидная. Сорокин – сорока, птица, болтун… что я еще знала о сороках? Кажется, это одна из самых умных птиц. Еще сороки крайне падки на всяческие блестки – золото, драгоценности.