Граф и гувернантка

Эннлиза испугалась, что повязка просто-напросто упадет на пол, а ей не хотелось видеть то, что скрывалось под ней.

– Я убью тебя! – заорал Джордж, бросаясь к ней.

Аннелиза отшатнулась и инстинктивно бросилась к отцу в поисках спасения. Должно быть, в его сердце все еще оставалась толика любви к ней: он закрыл ее собой и выставил вперед руку, чтобы сдержать Джорджа, которого уже оттаскивал назад сэр Чарлз.

– Ты за это заплатишь! – бушевал Джордж. – Посмотри, что ты со мной сделала! Только посмотри на это! – он сорвал с лица повязку, и Аннелиза поморщилась при виде воспаленного багрового пореза, который тянулся от скулы к подбородку.

И без слов было понятно, что на лице Джорджа наверняка останется уродливый шрам.

– Остановись! – приказал сэр Чарлз. – Возьми себя в руки.

Но Джордж не унимался:

– Тебя за это повесят. Слышишь? Я обращусь к судье и…

– Заткнись! – рявкнул его отец. – Ты этого не сделаешь. Если обратишься в суд, вся эта история станет достоянием общественности, и девица Хенли расторгнет помолвку, прежде чем ты успеешь глазом моргнуть.

– О господи, – огрызнулся Джордж, с отвращением обводя рукой собственное лицо. – Полагаешь, никто ни о чем не догадается, увидев это?

– Слухи, конечно же, поползут, особенно когда она уедет из города, – сэр Чарлз бросил уничижающий взгляд на Аннелизу, – но они так и останутся слухами. А если обратишься в суд, все отвратительные подробности появятся в газетах.

В течение нескольких мучительных мгновений Аннелиза опасалась, что Джордж не отступится, но потом он наконец оторвал от нее взгляд и тряхнул головой с такой силой, что рана снова закровила. Скривившись от боли, он коснулся щеки и, посмотрев на свои окровавленные пальцы, прошипел:"

"– Ты за это заплатишь. Пусть не сегодня, но заплатишь, – с этими словами он провел пальцами по ее щеке, оставив кровавый след от скулы до подбородка. – Я найду тебя, и это будет самый прекрасный день.

Глава 7

Дэниел никогда не считал себя щеголем или светским модником, но с одним утверждением был согласен на все сто: нет ничего лучше отлично сшитых сапог.

С утренней почтой доставили письмо от Хью:

«Уинстед, как и обещал, сегодня утром навестил отца. По-моему, он искренне удивился моему появлению, поскольку мы не разговариваем, и еще больше удивился, когда я сообщил о приключившемся с тобой. Короче говоря, я не верю, что за этим нападением стоит он. В конце разговора я повторил свою угрозу (надо время от времени напоминать людям о последствиях их действий) и испытал истинное удовольствие, увидев, как кровь отлила от его лица.

Искренне твой и так далее, Х. Прентис (живой, пока жив ты)».