Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

К тому времени, как экипаж остановился на распутье дорог, а нас настойчиво попросили пересесть из кареты в телегу, я уже успела успокоить малышку и тихонько пела ей колыбельные. Получив невероятной силы потрясение, Сабира задремала у меня на руках, но мгновенно проснулась, едва мы пересели.

– Без глупостей, – с угрозой в голосе напомнил все тот же старичок.

Теперь он сам заправлял повозкой и побитой жизнью лошадкой. Но меня его внешний вид не обманывал. Это был высокопоставленный заказ, и сейчас я видела одного из главных его участников. Не наемника, нет. Наемники в таком возрасте редко брались за заказы самостоятельно. Лошадью управлял один из организаторов этого похищения.

– А нам долго еще? Юной леди вскоре понадобится ужин… – начала было я, пытаясь выведать больше деталей.

Но меня перебили грозным “Помалкивай”, а на дороге за нами появилась вторая повозка. Она была гружена какими-то кульками и еще одним мужиком. Третий бородатый заправлял этой телегой.

На первый взгляд, все они выглядели неотесанными деревенщинами в простецких серых подпоясанных рубахах. Соответствовали обувь, головные уборы. И телеги, и лошади, и даже кульки. Они замечательно подготовились – не придраться, но при первом же осмотре их ладоней было ясно, что к тяжелому ежедневному труду эта компания не приучена. Да и взгляды таили презрение к происходящему. Им не нравилось, не хотелось быть здесь и участвовать в этой постановке.

По достоинству оценив их габариты и полное отсутствие у меня магии, а также обувь, не предназначенную для забега по лесу с ребенком на руках, я на время успокоилась и притаилась. Тем более что остановились мы уже через четверть часа рядом с постоялым двором самого непрезентабельного вида. Пока мы чинно подъезжали, откуда-то сверху послышался звук разбившегося стекла, а из окна второго этажа кто-то выпал.

Выпал и спикировал прямо в корыто с водой. А после отряхнулся, схватился за приземлившуюся рядом с ним шпагу, поднялся на ноги и с воинственным кличем побежал обратно внутрь строения.

– Мой лорд, вы уверены, что нам сюда? – задрожала я всем телом, бережно, но крепко прижимая к себе цепляющуюся за меня малышку.

Она больше не плакала, только тряслась.

– Рот не открывать, – настойчиво посоветовали мне. – Глаза в пол, и чтобы даже не дышала. Дернешься – прирежу на месте.

Я не дергалась. Шла за стариком, молчала и глаз от земли или пола не поднимала. Просто изучала местность, грозясь заработать косоглазие, и запоминала, с какой стороны мы приехали.

А таверна продолжала впечатлять. Табачный дым, запах застарелого пота, шум и гам, мужицкий хохот и грохот деревянных кружек о грубые деревянные же столы. Испугавшись еще сильнее, малышка вжималась в меня всем тельцем и грозилась вот-вот расплакаться.