Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Они представляли из себя плоские квадраты или прямоугольники толщиной с палец, вложенные в специальные вырубки в столешнице.

Герцог мне так ничего и не ответил, и я была вынуждена обернуться. Сидя за столом для слуг, откинувшись на спинку стула, развернутую к стене, он странно на меня смотрел.

– Почему вы на меня так смотрите? – спросила я, смутившись.

И уж никак не ожидала услышать пробирающее до дрожи:

– Я очень голоден, Алария. Очень, очень голоден.

Эта фраза звучала так, будто у нее имелся какой-то иной, другой смысл. Вспыхнув под пристальным взглядом генерала, я суетливо вернулась к блинам и пролепетала что-то вроде: “Потерпите еще немного, скоро будет готово, Ваше Светлейшество”. Однако едва не подпрыгнула, когда мужчина все же поднялся и отправился к холодильному шкафу.

Не знала, что буду делать, если он окажется слишком близко здесь, в ограниченном пространстве кухни, откуда так легко не сбежать. В парке я казалась себе такой смелой, а на деле же даже порадовалась, что мне не пришлось целовать Дэйривза самой.

Столько бесстрашия во мне сейчас просто не имелось.

Скоро расправившись с тестом, я поставила перед нанимателем небольшую стопку блинов. Не знала, насколько мужчина голоден, но полагала, что этого хватит, чтобы протянуть до утра. Несколько бытовых заклинаний – и кухня снова стала чистой, растворив все следы моего самоуправства.

Только чайник по-прежнему оставался полным. В нем я заварила травы, найденные у кухарки на полочке.

– Мелиса и лаванда. Чтобы лучше спалось, – прокомментировала я, разливая чай по чашкам. – Вы кушайте, кушайте, а то время уже. Я отпросилась у Марги совсем ненадолго, а сама…

– А разве вы сегодня не отпускали служанку на двухчасовую прогулку по саду в компании Розги Фаллена? – неожиданно спросил герцог.

Спросил без упрека, но я смутилась. В этом доме от него не ускользало ничего.

Интересно, месье Фолотье доложил Дэйривзу о сегодняшних гостьях? А о моих словах, высказанных на эмоциях? Ответ, к сожалению, отчетливо читался в глазах этого невероятно притягательного мужчины. Он знал о том, что произошло.

– Я, пожалуй, пойду, – попыталась я подняться.

Но герцог легко поймал мое запястье. Не причинил мне боли, нет, но я хорошо поняла, что мне лучше вернуться на место. Огонь в его глазах пылал сильнее, чем раньше.

– А вы со мной разве не разделите этот замечательный ужин? – удивился он, сворачивая жареный кругляш вчетверо.

В соусниках на столе лежали сметана и варенье.

– Только если один. Я уже ужинала, Ваше Светлейшество, – покаялась я.

– Дэйривз, – исправил он меня и настойчиво повторил: – Наедине ты можешь называть меня по имени.

Старательно скатав из блина трубочку, я умышленно промолчала.