Малыш Гури

Да где ж его взять?

Ну и второй вариант, это разобраться с ошейником. Жизненно необходимо научиться нейтраллизовывать его действие.

Как я понял Хэрна, ошейник отключает у индивидуума желания, чувство долга, желание мыслить, превращая в овощ. Человеку не к чему стремиться, он живёт одним днём, поел, поспал, поработал. И мне кажется проблема в том, что нету отправного пункта у жертвы, отсутствуют жизненные ориентиры. А чтобы этого избежать, — надо заякориться, поставить не стираемую точку возврата, имея которую трудно себе потерять.

Всё это я обдумывал, занимаясь грамматикой на уроках по освоению языкам, стреляя с арбалета, весь обед и послеобеденный отдых (иногда мы меняем немного распорядок занятий, ставя сразу работу с шестом после еды как говорит Хэрн чтобы обед утрясти). После обеда, отбивая яростные атаки Хэрна, что остервенело вертел шестом, у меня под носом, я продолжал думать о проблеме ошейника. Я уворачивался, отводил удары, иногда их блокировал и сам атаковал, взвинчивая темп и скорость. Приёмы, движения, работа рук и ног благодаря постоянным тренировкам въелись в тело так, что уже почти не требовалось работа головы. Даже удалось один раз достать Хэрна. (Шест единственная дисциплина кроме арбалета, где мне изредка удавалось огрызаться).

— Я не понял, малыш ты сейчас, где был?

— Что ты имеешь в виду. Под этим ""где я был"", — переспросил я Хэрна.

— Да больно уверенно ты бился, не типично для тебя и удар влепил жёсткий.

я помолчал, обдумывая, как ответить, ведь Хэрн такой, может и обидеться, что я не уделял ему должного внимания.

— Я просто задумался. Извини!

Вот тут пришло время Хэрну застыть на месте разинув рот

— И пока мы с тобой, столько времени танцевали — ты отвлёкся. Так?

Я кивнул в ответ головой, сделав виноватое лицо и разведя в стороны руки.

— Да ты просто молодец, дойти до этого так быстро.

— Дойти до чего?, — не понял я.

Хэрн вдруг радостно рассмеялся, приобняв меня одной рукой.

— Бестолочь ты моя! Ты смог самостоятельно впасть в транс (вызвать состояние транса), освободить своё сознание и тело делало то, что хорошо умеет самостоятельно, в то время как твоя суть искало пути решения какой-то проблемы. Ведь ты думал о рабстве и об ошейнике?

— Ну, честно сказать. Да. Меня очень беспокоит эта гадость. Коль у нас наметился перерыв в занятиях и ты не злишься на меня, то вот до чего я додумался, — и я коротко пересказал ему свои измышления по данному вопросу.

Хэрн оперся о шест и внимательно слушал меня, иногда удивлённо вскрикивая и пытаясь вклинить в моё повествование свои мысли.

Объяснив суть моей идеи, я предложил, не откладывая в долгий ящик, на сегодняшних занятиях магией провести эксперимент, который заключался в следующем.