Малыш Гури

"

"""Боже, как больно!"", — Мысленно заорал я, стиснув зубы, но взгляда от пасти Бобика не отводил, между тем Бобик накладывал плетение прямо через зубы проталкивая его мне в руку. Боль почти ушла, оставляя место жжению, которое увеличивалось по мере погружения в меня заклинания. Форма паутинки намертво впечаталась в мозг, что сильно удивило меня. Ведь я никогда не хвастался своей дырявой памятью, а тут такие достижения. Однако. И тут же в голове щёлкнуло, — ""Навык Быстрого Изучения"", ах вот он как работает. Понятно!

Операция длилась долго, порядком измучив меня и вытащив клещами боли все силы. Наконец Бобик разжал пасть, отстранившись, принялся зализывать мне рану и снова вспыхнула структура пленения зеленоватого цвета и совершенно замысловатого рисунка, что опять отпечаталось в моей памяти не смываемыми красками. Лечит! Пронеслось у меня в голове. Бобик отстранился совсем и я рухнул на алтарь. Клубы белого дыма окутали мои руки и вверх от ладоней, уткнувшихся в гладкую отполированную поверхность алтаря, поползло тепло, расслабляя и наполняя тело свежестью и силой. Лепота! В мозгу снова клюнуло, — осторожно наркотик, — но оторваться от сладкого уже не было сил.

Вырвал меня из кайфующего состояния Бобик, резко ворвавшись в мою голову и заорав:

— Не отвлекайся, смотри, что надо дальше делать, а спать будешь потом.

Он стоял уже перед трясущимся пигмеем, который орал во весь голос не слушая заверения Бобика, что тот его есть, не собирается. С горем пополам но тузику удалось провести аналогичные Манипуляции со стариком только первое плетение слегка отличалось от того которое поставил мне он. От ора, я оглох, ведь старик кричал так, что заглушал шум водопада, до орался до того, что охрип и сейчас, просто, сипел. И вдруг я его почувствовал. Волна сильной боли накрыла меня, отчаянье и страх захлестнули, гигантской волной сводя с ума. Я шмякнулся на попу, терпеть боль становилось невыносимо и я закричал в унисон хрипам старика. А потом провалился в спасительное беспамятство.

Глава 17.

Империя «Синг».

Где-то далеко от побережья Тихого моря.

Лето 7024 года.

День четырнадцатый.

Очнулся на алтаре. Голова болит, во рту кака, горло першит. Разлепил глаза, — раннее утро. Свежо довольно, Бобик посреди постамента в позе сфинкса, а вот пигмея не видать сбежал что ли. Нет вон он за постаментом с той стороны, под кустом спит и хорошо спит и сны у него приятные, даже улыбается во сне.