Малыш Гури

И если хотя бы согласишься спокойно уйти из села никого не покусав, то уже сыграешь на неё отлично.

— Понятно! А на счёт щенков ты говорить смотрю не хочешь. Хоть образ несостоявшегося муженька скинь!

Я пожал плечами, в памяти отчётливо вывалилось изображение весело скачущего Черныша. И вот его я и кинул в сторону разумной собачки.

Вот же мне везёт на этих хвостатых четвероногих. Сперва Тузик, потом Черныш и теперь и эта мудрая язва. Х-м! А не дурственное имечко для этой мудрой…

— Я согласна выйти на свободу. И пёсик мне понравился, — перебил мои мысли ответ собаки, — Поводок я у себя шее не потерплю. Пойду рядом с тобой с того края, который рукой укажешь. Только прошу не спеши, у меня передние лапы перебиты. Одна сильно повреждена, я на неё и наступить не могу, а вторая пока тело держит, но сильно больно.

— Ладно. У меня артефакт есть. Как только до леса дойдём и от чужих глаз скроемся, я тебя слегка подлечу, только чур не есть меня!

— Боишься? Правильно делаешь, что боишься! Но есть я тебя, так и быть не буду, — потом опять взгляд от которого озноб по телу прошёл, — Пошли!

И она поднялась на ноги и приблизилась к дверям клетки.

Если сказать, что макры были поражены, — это значит ничего не сказать. Рты распахнуты словно все пятеро репетируют одновременно выговаривать букву О-О-О! Глаза на выкате. Изумлены моими успехами! Неплохо для начала.

Я взялся за рукоятку большой металлической щеколды, запиравшей дверцу клетки. Дёрнул её на себя, открывая дверь. Теперь аккуратно, стараясь не делать резких движений, приоткрываю её немного, давая возможность выйти из железного узилища больной четвероногой. И под изумлёнными взглядами мы побрели со своей спутницей на выход из села.

Ей богу всё население сбежалось посмотреть на наше с ней шествие. Да, засветился я с ней, так засветился.

Уже на самом выходе с поселения в мою сторону рванул знакомый комочек с косичками. Собачка никак на неё не прореагировала, а вот у меня от страха сердце ёкнуло. Выспалась засранка. А теперь, мало того, что старшую сестру не послушалась, которая прижав руки ко рту со страхом смотрит на сестрёнку, сидящую у меня на руках…, а если учесть, что собачка ростом по холке мне по грудь…, то можете представить испытанный ею ужас за сестру, а эта мелюзга, совершенно не обращая внимание на собравшихся взрослых, сидя у меня на руках и тыча пальцем в собачку бойко протараторила.

— А как её звать? А почему она хромает? А она девочки или мальчик? А почему у неё половины уха нет?, — и в конце концов доконала меня последним вопросом, — А ты мне щенка подаришь!

Короче до самой околицы я убалтывал маленькое создание отстать от нас и пообещать ни в коем случае не увязываться за нами в лес.