Гуманный выстрел в голову

Но когда он жал на спуск, у него начиналось обильное слюноотделение; смотреть было противно.

— Поднять!

Капрал не любил не быть в центре всеобщего внимания. Фома пошёл и растолкал Рене.

— Потом баба научила мужика, что делать, — продолжил капрал. — Тот пожевал фрукта с одного дерева, и у него встал.

— Ооооооо!!! — обрадовались за однополчанина бойцы.

— Но Старик крепко осерчал и выгнал обоих из сада. Заставил добывать харч себе в тяжком труде. Наслал болезни, смерть… Люди расселились по всему свету, и брат пошёл на брата — око за око, мол… Как, стоит оно того?

Капрал оглядел приунывший отряд.

— Бабы — стервы! — бросил невпопад войсковой синоптик. Пламя костра блеснуло в его застывшем взоре.

Фома хотел было посоветовать не обобщать, но смолчал, вспомнив, что, пока синоптик валялся в госпитале с гамма-инфлюэнцей, его жена сбежала с квартирмейстером тридцать первой манипулы.

— Хи-хи! — сказал снайпер. — Лучше бы тогда только тёща сбежала, ага?

— Люди не теряют надежды вернуться однажды в рай, — вступил вдруг Рене.

Капрал выпятил губу. Он тоже когда-то пробовал учиться, и его отчислили после первого семестра за неуспеваемость; повод достаточный, чтобы презирать всяких умников.

— Сынок, — сказал он раздельно. — Послушай. Меня. Внимательно. Этому в академиях не учат. Готов?

— Так точно! — дисциплинированно откликнулся Рене.

— Люди никогда не вернутся в Эдем, Потому что не хотят туда возвращаться. Они там сдохнут со скуки.

После отчисления будущий капрал какое-то время перебивался случайными заработками, пьянствовал и зависал в борделях, когда водились кредитки.

Мудрые люди посоветовали ему держаться ближе к космопорту, он прислушался и, если начинались проблемы с копами, нанимался матросом (или проникал зайцем) на первую же нуль-ракету («Да-а, сынок, я ещё застал этих динозаврих!») и менял сектор юрисдикции. Алголь, Бетельгейзе, Вега, Денеб… — алфавита не хватит, даже если по букве на звезду.

Но было весело.

Однажды ракета оказалась шпионским катером конфедератов, везущим похищенного с Нейтрали политолога. Такой вот облом. Зайцу светила прогулка налегке по открытому космосу, но командор, позабавленный его ловкостью, проявил снисхождение. Неделю политолог — столь умный, сколь и циничный — и будущий капрал делили охраняемую каюту; один всё вещал, другой всё слушал: Вторая звёздная война, Первая звёздная, разгром у Плеяд, Альтаирский инцидент, десант на Сириус, бой за Проксиму Центавра, экспедиция Джордана…

Тесновато было на катере.

— Люди — те, кому хватает пороху, во всяком случае, — занимаются тем, что им интересно, — сказал капрал.