Грубиян

Интересно, почему?

Прихрамывая, выхожу из лифта и торможу на полпути из-за ошарашенного взгляда Алисы.

— Скажи, что мне показалось то, что мне показалось!

Мысли всё ещё находились в хаотичном порядке, и из-за каламбура подруги у меня начала кружиться голова.

— Что ты имеешь в виду?

Алиса делает шаг ко мне навстречу, хватает за шиворот куртки и буквально затаскивает в квартиру. Припоминая о травме, скачу как кенгуру на одной ноге, и это не ускользает от цепких глаз подруги, которая хмурит брови.

— Я надеюсь, хромаешь ты не из-за Макса?

Пару секунд пытаюсь вникнуть в смысл сказанного, а потом чувствую удивление и жгучее желание защитить Соколовского.

— Конечно, нет!

Восклицаю чересчур эмоционально и прикусываю язык, но уже поздно: Алиса подозрительно щуриться.

— Да ты влюбилась!

И это был не вопрос. Собираюсь ей возразить, но так и замираю с открытым ртом, потому что солгу, если скажу, что ничего к Максу не чувствую. Всё-таки, я так и застряла где-то между пятнадцатью и восемнадцатью годами, когда наивные девочки теряют головы от первой любви.

Левая нога отекает от долгого стояния, и мне начинает казаться, что морщиться у меня уже входит в привычку. До Алисы, наконец, доходит, что я временно неполноценный член общества, и она утаскивает меня на кухню — на этот раз осторожно. Пока она разогревает в микроволновке две порции грибного супа, я стаскиваю куртку с плеч и вешаю её на спинку стула, а когда поворачиваюсь обратно первое, что выделяется на общем фоне — ошалелые глаза Алисы, которые таращатся куда-то в область моей шеи. Вспоминаю, что Макс оставил на ней однозначные отметины, и прикрываю шею руками, не забывая при этом покраснеть: всё-таки, это касалось исключительно меня и Макса.

— Нуу, вот это точно появилось из-за него, да? — спрашивает подруга, когда к ней возвращается дар речи.

Я киваю и снова улыбаюсь той самой идиотской улыбкой, о которых рассказывают в кино и книгах.

Алиса тряхнула головой, и на этот раз её взгляд был сосредоточен и серьёзен.

— Так, давай по порядку: где ты была? — начинает она допрос. И тут же добавляет: — Я видела, как Макс выносил тебя на руках из машины.

Я коротко пересказываю ей свой неудачный визит домой, и Алиса не забывает пару раз указать на то, что я идиотка. Согласна, это было глупо, но не могу я просто взять и вычеркнуть родителей из своей жизни, какими бы они ни были.

Когда дохожу до эпизода с топором и то, как я выпрыгиваю в окно, Алиса становится белее мела. Но своевременное появление Макса заставляет её расслабиться и облегчённо выдохнуть.

— Ну ладно, этот парень заработал пару баллов в моих глазах, — бурчит она. — Правда, я так и не поняла, когда он успел тебя заклеймить.

— Это неважно, — отмахиваюсь я.