Таня Гроттер и Золотая Пиявка

Гробыня Склепова нервно хихикнула.

– Ты что, оглох? Серой уши забило? Поди сюда! – нетерпеливо повторил Соловей.

Нападающий сборной Тибидохса опасливо выдвинулся вперед. Он уже жалел, что вовремя не прикусил себе язык. Тренер сухо щелкнул пальцами. В ладонь к нему сам собой прыгнул перцовый мяч.

– Я брошу его тебе, а ты лови. Все понял? – спросил он.

Семь-Пень-Дыр облизал губы. По его лицу разлилось облегчение. Поймать мяч да ещё и на земле – разве что-то может быть проще?

– Готов? Держи! – Соловей что-то прошептал одними губами и несильно, почти без замаха, бросил мяч Семь-Пень-Дыру.

Пень слегка пригнулся и расставил руки, уверенный, что поймать такой пас не составит труда. Внезапно перцовый мяч изменил траекторию, завертелся, с поразительной ловкостью увернулся от рук нападающего, проскочил у него между ног, взмыл и легко ударил его по макушке.

Семь-Пень-Дыр рухнул как подкошенный, а мяч тем временем вновь прыгнул в ладонь к Соловью и улегся на ней, словно ожидая поощрения за хорошую работу.

– Видели или ещё есть желающие попытаться? – спросил Соловей. – Нет желающих? Тогда продолжим. Заговорить мяч можно самыми разными способами. Существует три разрешенных заклинания и столько же способов блокировки. Самое сложное – угадать, какое заклинание произнес бросивший. Именно угадать, Как вы понимаете, подслушать его, когда гудит ветер, – нереально. Порой даже с передачами своих игроков возникает путаница, не говоря уже о том, чтобы приноровиться к противнику...

Прихрамывая, Соловей подошел и помог Семь-Пень-Дыру подняться.

– А теперь запоминайте. Заклинания заговоренного паса – Гуллис-дуллис, Труллис-запуллис и Фигус-зацапус, а контрзаклинания – Цап-царапс, Леос-зафиндилеос и Щупс-курощупс. Универсальных блоков нет, так что не перепутайте. Сегодня вы будете отрабатывать их на земле, а завтра уже в воздухе.

– Ну, нет! Я не в состоянии это выучить! Ни за какие коврижки! У нас и так полно уроков, а тут ещё всякие зацапусы – обвиняюще произнесла Гробыня Склепова.

– Тебя никто и не заставляет, Склепова, Все строго добровольно, Не хочешь зубрить – не зубри. Но только тогда сразу договорись, кто будет соскребать тебя с защитного барьера. Я лично не буду, – Соловей кивнул на Семь-Пень-Дыра, который все ещё отплевывал песок.

Гробыня встряхнула фиолетовой гривой, все быстро взвесила и пошла на попятный.

– Ладно. Так и быть. Заговоренный пас я как-нибудь зазубрю, хотя это и бесчеловечно, а вот уроки... э-э... ну я, короче, скажу, что вы разрешили их не делать, – сказала она.

Правда, про уроки Гробыня добавила намеренно тихо, чтобы глуховатый Соловей не расслышал.

Вскоре вся команда Тибидохса, разделившись на пары, отрабатывала действие разных заклинаний.