Гротеск

— Ты меня не узнаешь, деточка?

Я взглянула на посетительницу внимательнее, но имени так и не вспомнила. У нее была темная кожа, абсолютно без косметики, на губах — ни следа помады. Женщина в возрасте, ненакрашенная рыба. Ничего выдающегося. Понятно, что я сразу не сообразила, кто передо мной.

— Это я — Масами. Масами Джонсон.

Я так и ахнула. Никогда бы не сказала, что Масами превратится в такую простушку. Масами, которую я помнила, всегда выглядела ярко, выделялась на общем фоне. Носила бриллианты в горном захолустье, на лыжах каталась с ярко накрашенными губами. Напялила на Юрико свою пушистую белую мохеровую шапку. Пугала маленьких детей, разгуливая в дизайнерской майке с мордой леопарда на груди. Бросала английские словечки, нарочито щеголяя произношением. А теперь вот пришла узнать про детский сад? Стараясь скрыть замешательство, я достала регистрационную книгу.

— А я и не знала, что вы здесь живете.

— Да нет, — серьезно отвечала Масами. — Я живу в Йокогаме. Ведь я снова вышла замуж, ты знаешь?

Значит, они с Джонсоном развелись? Кто бы мог подумать. Я и представить не могла, что когда-нибудь снова встречусь с Масами или ее мужем. И желания такого у меня не было.

— Я не знала. Когда же вы разошлись?

— Да уже лет двадцать. — Она достала стильную карточку из серебряной визитницы и вручила мне. — Вот чем я сейчас занимаюсь.

На карточке было написано: «Частные уроки английского языка. Координатор-консультант». И вместо Масами Джонсон — Масами Басами.

— Я вышла за иранца. У него торговая фирма. А я, пользуясь старыми связями, занялась организацией уроков английского. Интересная работа, скажу я тебе.

Сделав вид, что изучаю визитку, я пыталась сообразить: зачем ее принесло сюда спустя двадцать шесть лет? Да еще в такой день. Черт знает! А Масами смотрела на меня и ностальгически улыбалась.

— Как давно мы не виделись, деточка! Последний раз говорили, когда Юрико тебе звонила. Помнишь? Сказать, что ее приняли в школу. Больше двадцати лет прошло!

— Да, похоже на то.

— Ну как ты живешь?

— Ничего, спасибо, — дипломатично ответила я и горько подумала: «А чего — ничего?» К чему это вдруг она здесь появилась? Во всяком случае, вряд ли рассказывать мне, чем занимается. Уловив в моем тоне плохо скрытую подозрительность, Масами наконец выпалила:

— После того как мы расстались, Джонсон покатился под гору. Такие операции на бирже проворачивал и до чего дошел? До никчемного учителишки английского. А потом еще Юрико убили…

Голос Масами удивил меня. Он дышал ненавистью. Я бросила на нее недоуменный взгляд, а она продолжала:

— А ты не знала, деточка? Мы с Джонсоном развелись из-за Юрико.

Мне вспомнилось лицо Джонсона, сидевшего у камина у них на даче.