Гротеск

— Это Юрико цепочка?

— А-а… эта? — Он коснулся цепочки, будто вспомнив о ее существовании. — Значит, ее звали Юрико?

— Да. Моя знакомая. Она всегда одевалась как я. Один в один.

— Ну одевалась и одевалась, — отвечал Чжан, поигрывая цепочкой. На краю матраса расплылось мокрое пятно — натекла вода с моего зонтика, но Чжану было все равно.

— Ведь это ты убил Юрико, да?

— Да. Она меня попросила, вот я и убил. Получилось, как с моей сестрой. Я тебе сказал, что она упала в море и утонула. Это неправда. Я ее убил. В контейнере по пути в Японию мы каждую ночь занимались сексом. Такая скотская жизнь была ей противна, и она стала просить, чтобы я ее убил. Плакала. Я много раз говорил ей: «Ничего страшного. Будем как муж и жена», — но убедить так и не сумел. И столкнул ее в море. Волны уносили ее все дальше, она махала рукой, прощаясь со мной. И улыбалась. Сестра была рада, что расстается с такой жизнью. Чтобы приехать в Японию, мы залезли в долги. Идиоты! И теперь, если женщина просит убить ее, я убиваю. Если человек не может разобраться со своей жизнью, я делаю это за него. Ну а ты что думаешь?

На лице Чжана, едва различимом во мраке, мелькнула улыбка. Ветер крепчал, заливая наши лица дождем. Я отвернулась, пытаясь укрыться, а Чжан только поморщился. На лбу у него блестели дождевые капли.

— Я пока не хочу умирать. Может, потом, когда-нибудь…

Чжан схватил меня за ногу обеими руками."

"— Какая же ты тощая! Как скелет. Почему? Может, ты больная? Вот моя сестра и Юрико, они нормальные, а с тобой что происходит?

— Я — больная? Но мне не хочется умирать.

— Есть люди, которые уже одной ногой в могиле, хотя сами этого не знают, а бывают и такие, кто здоров как бык, но все равно выбирают смерть. Согласна?

На меня вдруг навалилась тоска. Почему с Чжаном мне так одиноко и невесело? Я присела на грязный, насквозь промокший матрас. Чжан обхватил меня за плечи и прижал к себе. От него пахло потом и нестираной одеждой, но мне было все равно.

— Пожалей меня. Пожалуйста.

Я опустила голову на грудь Чжана, перебирая пальцами поблескивавшую у него на шее цепочку.

— Ладно. А ты пожалей меня.

Так мы держались друг за друга, нашептывая:

— Пожалей меня, пожалей меня.

9

[Месяц][день]

Сибуя:? Араи, 10 000 иен

Сибуя: иностранец, 3000 иен

Чжан — лгун, на котором клейма негде ставить. Редкая сволочь. Да еще и убийца в придачу. Я стояла в магазине у стойки кассы, чтобы заплатить за банку пива, пачку сушеного кальмара и пузырек таблеток «джимнемы», и думала о Чжане.

— Эй! — Кто-то постучал мне по спине.

Тут только я заметила, что протиснулась к стойке без очереди. Это меня не смутило, и я сказала кассирше:

— Дайте мне еще одэн. С рыбой, дайконом и конняку.[51] И побольше бульона.