Гротеск

и пойти в университет. И все решили сделать себе колечки на память. Золотые, с эмблемой школы. Я свое давно потеряла, уже не помню, какая была эмблема. Ой! А у тебя не оно?

Накрыв кольцо ладонью, я быстро покачала головой:

— Это другое. Я его в «Парко» купила.

— Да? Ну мне без разницы. Те, кто с самого начала учился в системе Q., их не носили, считали просто пустяком на память. Зато, как я потом узнала, в университете некоторые щеголяли этими кольцами. Почти все они были из «новичков» — тех, кто попал в систему только со школы высшей ступени. Хвастались, что они тоже из «касты». Это все ерунда, но ты не смейся. Когда я об этом услышала, больше всего меня удивило, что именно ты носила это кольцо не снимая. Может, это, конечно, только слухи. Правда это или нет — не знаю. Но для меня это была неожиданность — казалось, я заглянула в твою душу.

— И кто тебе это напел?

— Уже не помню. Какой-то дурацкий был разговор. Хотя, если подумать, не такой уж и дурацкий. В системе Q. нас учили: кто пришел с самого начала — это как бы высшее сословие. По престижности — начальная, средняя школа и только потом школа высшей ступени. А если у тебя брат или сестра, родители или родственники тоже с первого класса, это уже высший уровень. Привилегированные династии! Ерунда полная. Нет, это не смешно. Скорее страшно. Потому что в этом — вся система ценностей, господствующая сейчас в Японии. Почему, ты думаешь, я оказалась в секте с похожим внутренним устройством? Надеялась, что, отказавшись от семьи и пройдя «духовный тренинг», поднимусь на новую ступень, выйду на более высокое положение в иерархии. Но сколько мы с мужем этим ни занимались, в верхушку так и не пробились, к «учителю» ближе не стали. Только он и его окружение были «настоящими жрецами», подлинной элитой. Тебе это ничего не напоминает? Я начала задумываться над этим в тюрьме и поняла, что жизнь пошла наперекосяк из-за того, что, оказавшись в школе Q., я напрягала все силы, чтобы приблизиться к «прирожденной аристократии». И ты тоже. И Кадзуэ. Нам забили голову ерундой. Интересно, как мы выглядели со стороны? Нам промыли мозги. И мне, и тебе, и Кадзуэ. Если так смотреть на вещи, получается, что самой свободной из нас была Юрико. Свободная как птица, она будто прилетела с другой планеты. Вот почему в Японии она была белой вороной. И мужики к ней липли не только из-за красоты. Мне кажется, они на расстоянии чуяли, в чем ее суть. Она даже Кидзиму-сэнсэя очаровала. Ты чувствовала себя неполноценной рядом с ней и ничего не могла сделать с этим комплексом. И дело было не столько в красоте Юрико, сколько в ее раскрепощенности, которую ты никак не могла обрести, как ни старалась. Но еще не поздно. Я совершила преступление и буду каяться всю оставшуюся жизнь, но у тебя еще есть время.