Гротеск

Напоследок полагалось собеседование. Подошла моя очередь. Поднявшись на второй этаж и войдя в класс, я уже так устала, что забыла про улыбки. Это и понятно. Я целый день провела в самолете, из аэропорта без всякой передышки поехала прямо на экзамен. В июле в Токио стояла душная жара, не то что в прохладном Берне. Стряхивая сонливость, одолевавшую меня из-за разницы во времени, я присела перед экзаменаторами и с трудом подавила зевок.

Экзаменаторов было трое: две женщины средних лет, одна из них — иностранка, сидели по краям, а посередине устроился дядька лет тридцати пяти — сорока. Вся троица, не поднимая голов, долго разглядывала мои документы. Борясь со скукой, я огляделась. Из окна был виден пятидесятиметровый бассейн с голубой водой: девчонки в черных купальниках методично отмеряли в нем брассом отрезки дистанции. Секция плавания, не иначе. С каким удовольствием я бы сейчас поплавала! От жары и усталости у меня все поплыло перед глазами.

В отчаянии я взглянула на большой аквариум, стоявший возле классной доски. С той стороны к стеклу прилепилась улитка. Она оставляла за собой блестящую дорожку слизи. Дно аквариума устилал песок, из которого торчала какая-то коряга. Из угла неуклюже выползла большая черепаха с куполообразным панцирем, как шляпка сушеного гриба. С неожиданной для такого неповоротливого существа прытью она вытянула шею и в одно мгновение заглотила улитку. Дорожка оборвалась. Улиточий домик треснул во рту черепахи. Мне сделалось нехорошо.

— Что с тобой?

Услышав голос экзаменаторши, я вскочила со стула.

— Можешь сесть, — вымолвила она добреньким голосом.

— Извините. Я устала.

Сидевший в центре дядька пристально посмотрел на меня. Волосы у него были зачесаны назад, из-за чего лоб выдавался и, казалось, занимал половину лица. Ему очень шли очки с маленькими стеклышками в металлической оправе. Темно-синий блейзер и белая рубашка-поло, на безымянном пальце левой руки — обручальное кольцо. Забыв, что надо улыбаться, я уставилась на чернильное пятнышко на его рубашке, возле пуговицы."

"— Знаешь, что это за черепаха?

— Сухопутная?

— Правильно. Редкий вид. Водится на Мадагаскаре.

Он рассмеялся, я кивнула. На этом собеседование закончилось. Потом я узнала, что это был Кидзима, преподаватель биологии и наш классный руководитель. Несмотря на никудышные результаты тестирования, я ему понравилась, и меня приняли. Только потому, что я правильно ответила про сухопутную черепаху. Хотя нет. Просто я понравилась Кидзиме. А черепаха — только предлог.

Я явно перетрудилась — вечером после экзамена у меня поднялась температура. Дом Джонсона стоял за зданием налоговой инспекции района Ниси-Адзабу. Мне приготовили крайнюю комнату на втором этаже.