Гром над Тверью

– Уничтожь всех, – велел он, и в открывшийся пролом хлынул поток демонов. Злобно оскалившись, я создал в руках по огненному и ледяному мечу, и, призвав крылья ветра, бросился в бой…

Спустя десять часов.– Да блин, они когда-нибудь кончатся? – простонал я, глядя на непрекращающийся поток. Тело покрывали бесконечные порезы от когтей демонов, которые регенерация уже не могла затянуть. Весь в крови, с дрожащими руками, я отбивался от очередной волны, счет которым давно потерял. Силы были на исходе, я просто разрывал тварей руками, потому что на большее уже просто не был способен. В какой-то момент я почувствовал сильную опасность сзади, при попытке увернуться что-то мелькнуло, и я вырубился.

Очнулся я лежащим на траве, абсолютно чистым. Напротив сидел учитель и смотрел на меня спокойным взглядом. С удивлением я почувствовал, что ничего и нигде не болит, голова ясная и вообще, по ощущениям как будто хорошо отдохнул. Оглядев себя, я увидел многочисленные нитки шрамов, покрывающих мое тело. Но как? Это же все было не по-настоящему?!!! Или нет?… На мой немой вопрос дед ухмыльнулся.

– Ты верил в то, что происходило, твое тело тоже в это верило. Значит, и травмы, полученные тобой, тоже настоящие.

– Но почему остались шрамы?

– А ты это у себя спроси. Раз они есть, значит, твой дух считает, что это правильно.

– Ладно, шрамы украшают мужчину, – пробормотал я.

– Кто тебе сказал этот бред?!!! – взвился от злости старик. – Шрамы – признак неумения бойца, его слабой подготовки. Шрамы, полученные на тренировке, учат. Шрамы, полученные в бою, позорят. Значит, подпустил врага слишком близко, неверно оценил его силу или переоценил свою, не увидел картину боя. В любом случае, это ошибка, которая может стоить жизни и тебе, и тем, кто рядом. И каждый шрам как напоминание о ней.

– М-да, видимо мое тело сейчас одно сплошное напоминание.

– Ошибки свойственны молодости, главное, чтобы они не вели к смерти.

Он встал и поклонился мне.

– Прощай, правнук, более мне учить тебя нечему. Не поминай лихом старика, больше мы не увидимся.

Ком подкатил к горлу, и слезы брызнули у меня из глаз. Порывисто шагнув, я обнял его.

– Прощай, дедушка, – прошептал я. – Спасибо за все. После этого сознание мое померкло, и я очутился в своей комнате.

* * *

– А-а-а-а-а, – дикий крик вырвался из моего рта. Тело как будто пропускали через мясорубку, перекручивая каждую часть по отдельности. Я чувствовал каждый нерв, кричал в агонии, сознание то гасло, то возвращалось от невыносимой боли. Сквозь пелену боли я слышал чьи-то голоса, показалось, что мелькнул встревоженный взгляд Марры.

– Держись, – услышал я голос. – Твой дух перестраивает тело под себя, ибо оно слишком слабое и не может выдержать его силу.