Грешники

Хотя на самом деле хочется пошутить об обязанностях гостьи, о том, что готовка мяса на плечах точно впечатлил не одну женщину, и еще много о чем, но я буквально силой накрываю эти мысли тяжелым непроницаемым саркофагом.

Это как защититься от личного Чернобыля — необходимость, а не блажь.

— Тогда, я пошел добывать елку, — подмигивает Стас и закрывает дверь до того, как я успеваю спросить, где он собирается ее добыть.

Его нет где-то час.

За это время Даша успевает чудом отвинтить крышку с непроливаемой кружки и буквально искупать себя в морковном соке, а я успеваю беспомощно повздыхать по этому поводу, сделать два салата, положить в духовку картофель, обёрнутый в бекон, и нанизать мясо на шампуры.

Я так давно не готовил по-настоящему много, что сейчас чувствую себя алхимиком, которого допустили в святая святых, дали все компоненты и сказали: «Твори, вытворяй и радуйся».

Великан возвращается не с пустыми руками, а с целой живой елочкой — она маленькая и довольно жалкая. Минуты мы с ним смотрим друг на друга, а потом одновременно открываем рты и снова замолкаем, уступая собеседнику право голоса.

— Эммм… — Я все-таки начинаю первой. — Надеюсь, ты ее не…

— Ты что, Отвертка, у меня бы рука не поднялась прикончить такую доходягу, — кривится Стас. — Тут ниже по улице компания отдыхает, и у них там уже такой градус, что по фигу — будет елка или нет.

— Ты ее…

«… украл? — последнее слово говорю одними губами.

— Ага, вломился в дом, перекрошил народ в капусту, закусил пиццей и решил прихватить елку. — Он сокрушенно качает головой, и прикрывает колючки руками, чтобы они не поранили уже вовсю заинтересованную Дашку. — Отвертка, ты бы заканчивала смотреть Тарантино. В реальной жизни если у одной стороны есть елка, а у другой — бутылка «Хеннесси», они договорятся без мордобоя и кишок на люстре."

"— Прости, — мне искренне жаль, и я понятия не имею, почему в первую очередь подумала самое плохое. Уж на кого-кого, но на неадеквата Стас точно не похож. — Я зато тут приготовила столько всего, и смотри!

Быстро переключаюсь, открываю духовку и немного вытаскиваю противень, на котором аппетитно шипит запекающийся картофель. Великан жадно втягивает аромат через ноздри и, прежде чем успеваю гадать его движение, заносит ладонь над моей головой.

Мягко опускает мне на макушку, ерошит волосы, словно ребенку.

— Ты моя умница, — говорит с подчеркнутой лаской.

И… меня укрывает с головой.

Это движение.

Мой личный триггер, по которому, как загипнотизированная, возвращаюсь в прошлое, где Гарик еще был со мной.

Он так же гладил меня по голове.

И так же хвалил, как будто хотел доказать моей внутренне неуверенной девочке, что она все делает правильно.

Я резко захлопываю дверцу духовки и шарахаюсь в сторону.