Грешники

Вот почему так тяжело вести бизнес с людьми старой закалки — они крайне тяжело меняют основные парадигмы поведения.

— Эльдар Каримович, кстати о внимательности. — Делаю глоток вина, кладу на язык слайс благородного «Тартуфо» с черным трюфелем. Неторопливо разжевываю все это, чтобы порадовать внутреннего гурмана. — Мне кажется, договор между вашим холдингом и «ОлМакс» исключает перекрестный интерес. Поэтому ситуация с «Пром-То» выглядит слегка… странной.

Бакаев допивает содержимое своего стакана, барским жестом поднимает руку с пустой посудиной и официант уже тут как тут — подливает новую порцию из бутылки с этикеткой «Реми Мартан». Это еще одна демонстрация для меня: «Смотри, кто тут хозяин положения».

Обычно он не ведет себя настолько вызывающе.

И это плохой знак. В этот раз Бакаеву очень не понравилось, что какая-то выскочка не дает ему урвать жирный кусок, а урвать теперь есть что, и если холдинг оттяпает то, во что «ОлМакс» вливало деньги несколько лет, это будет равносильно идиотской фразе из одной всем известной методички: «Когда вас насилуют — постарайтесь расслабиться и получить удовольствие».

Я мысленно уговариваю себя не нервничать.

Меня не запугать уже не запугать.

Просто… нужно быть внимательнее и следить за каждым его словом.

И…

Я чувствую пару ладоней, которые уверенно ложатся мне на плечи.

Это Гарик. Я узнаю его прикосновение из тысячи, даже если в последний раз он дотрагивался до меня так давно, что лучше не вспоминать.

Протягиваю руку, накрываю его ладонь и не без удовольствия ощущаю холодок кольца на безымянном пальце мужа.

— Извини, что опоздал, — целует меня в макушку, втягивает носом аромат моих волос и еле слышно, смазано на ухо, — вкусно пахнешь, Маша.

Два года прошло, а его вампирские замашки никуда не делись.

Гарик протягивает руку очень удивленному Бакаеву, которому явно не нравится, что придется вставать, когда он только что еле-еле удобно устроил свой живот.

Муж занимает место рядом со мной как раз в тот момент, когда нам приносят заказ. Гарику протягивают меню, и он сразу, не отпуская официанта, делает новый:

— Треску на углях с морковным пюре и салат с артишоками, на двоих. — Кивает на тарелки передо мной. — А это, пожалуйста, верните на кухню с моими личными извинениями шеф-повару.

Бакаев щурится, прекрасно понимая, что игра уже началась, и он уже проиграл первое очко.

Я смотрю в как всегда сильно уставшее и осунувшееся лицо Гарика, и благодарю его взглядом. Без него я, наверное, все равно не проиграла бы всухую, но в паре с ним мы точно выиграем.

Глава 58

— Эльдар, я надеюсь, вопрос с «Пром-То» будет решен в ближайшие дни.

— А пообсуждать? — нагло смеется Бакаев, когда мы, приличия ради, все-таки немного опустошаем содержимое своих тарелок.