Грешники

Сразу видно, что ее распирает от желания поделиться радостной новостью, и я всеми селами пытаюсь избежать этого разговора. Что-то подсказывает, что как только она вывалит на меня все свое дерьмовое счастье — я не удержусь и в отместку «испачкаю» ее своим.

Лучше не рисковать.

Поэтому даже на обед ухожу позже всех, как настоящий партизан, украдкой выглядывая за дверь, чтобы убедиться, что дверь в кабинет Ленки закрыта. Быстро накидываю сумку на плечо и несусь к лифту. Двери распахиваются перед моим носом как раз в тот момент, когда протягиваю палец к кнопке вызова.

Оттуда выходит молодая женщина.

Ну как, выходит. Это что-то среднее между походкой какого-нибудь «ангела» «Victoria's Secret» и уверенным шагом Миранды из «Дьявол носит Прада». Меня непроизвольно сдувает на обочину коридора, как будто мимо пронесся грузовик.

— Простите, — слышу ее окрик в спину, но тон у этого «простите» такой, словно у нас до сих пор не отменили крепостное право. — Вы мне не поможете?

«Не помогу», — мысленно язвлю я, но внешне изображаю дружелюбную вежливость.

— Да, конечно.

— Я ищу Марию Барр. Мне сказали, что ее офис на этом этаже, но здесь… — Она безрезультатно дергает ручку двери в мой кабинет. — Кажется, никого нет.

При звуке своего имени я напрягаюсь.

Она ко мне?"

"Уверенна, что впервые вижу эту женщину, хотя внешность у нее, мягко говоря, не блещет оригинальностью: темные длинные волосы, сделанные губы, брови модной формы, такой же модный макияж (слишком яркий для обеда среды), дорогой костюм, сумка от Луи Виттон. Мужчины на таких оглядываются, женщины всегда инстинктивно пытаются обесценить.

Мне все равно, я не комплексную из-за своей внешности.

Просто не нравится этот надменный взгляд, за который хочется врезать по морде лица.

Никто, даже самый богатый человек в мире, не имеет права смотреть на других словно на челядь.

— Сейчас обеденный перерыв, — отвечаю на ее вопрос, и тут же понимаю, что для нее это не новость. Она нарочно пришла сюда в такое время. Ну ладно. — Мария Барр — это я. Простите, но даже по рабочим вопросам я не смогу потратить на вас время своего обеда. Придется подождать.

Женщина меняется в лице — надменность перетекает в откровенную неприязнь.

Когда люди, которых вы не знаете, смотрят на вас словно на своих заклятых врагов, это значит, что они-то как раз знают вас достаточно хорошо, чтобы ненавидеть.

И, как гром среди ясного неба, внезапно доходит, кто передо мной.

Эльмира, несостоявшаяся жена Гарика.

Мой мозг пытается представить их рядом, и это… очень странно.

Все равно что пытаться скрестить чистокровного датского дога и мартышку-капуцина.

Он слишком аристократ, а она слишком без пяти минут порнозвезда, чтобы смешиваться в один коктейль.