Грешник. Моя навеки

Затем звук захлопнувшейся двери.

Становится хреново. Время идет, но Лера не отвечает. Что, млядь, происходит?

Не медля ни минуту, нажимаю на газ. Звонок не отрубаю. Хреново. Если снова повторяется ситуация из прошлого... Млядь! Грохнуть тогда всех надо было, а не за решетку отправлять.

В висках долбит от напряжения. Сердце вот-вот взорвется внутри. В ушах звенит. Лера...

Она не отзывается, а через пару минут слышатся короткие гудки. Набираю снова, но...

Абонент временно недоступен...

Чер-р-рт!

— Тимур! Леры нет, — слова выговорить удается с трудом.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Меня потряхивает от эмоций, от осознания, что с женой может произойти что-то ужасное. Сколько бы она ни злилась, не сбрасывала звонок, не дав возможности высказаться. А тут...

— В смысле? У Михи нет?

— Позвони кому-нибудь. Пусть узнают, где она. Пусть пробьют ее номер. Я еще не доехал до Мишиного дома. Мы вроде бы нормально говорили, а потом она замолчала. Чувствую, Захаров, что-то случилось.

— Ты успокойся немного, а? Все отлично будет. Сейчас, дай мне минуту. Таблетки свои пьешь?

Не до них мне сейчас, черт подери! Не до них!

Швыряю мобильник в сторону. Даю себе пару секунд, чтобы отдышаться, прийти в себя. Взять себя в руки, в конце концов. Что могло произойти? Может, просто телефон сглючил? Бред какой-то...

Останавливаюсь у ворот дома Миши. Оглядываюсь, но машину Леры не вижу. Ни во дворе, ни на улице. Ее нет. Еще не приехала? Нет, явно что-то произошло.

Слышу сигнал. Позади останавливается внедорожник Миши, и на мгновение я тяжело выдыхаю. Выхожу из салона в надежде, что жена приехала со своим братом. Но Миха один. И в его тачке никого нет.

— Ты когда приехал, Рам? — улыбаясь, протягивает мне руку, которую я слегка пожимаю. Доносится звук мобильника. Я его куда-то бросил. — Не понял. Что-то не так? Ты чего странный такой? Как мертвый, честное слово.

Я давно мертвый. Минимум месяц. Здоровье, плюс Лерина подпись на ненужных документах, из-за которых она может получить приличный срок или же вообще не выбраться из тюрьмы.

Прошу Мишу подождать, сам же отвечаю на звонок Захарова.

— Рам, ты же знаешь, что я давно не в ментовке. Попросил старых друзей, — короткая пауза, тяжелый вздох.

— Не тяни, — выдавливаю, чувствуя, как колет сердце. В области груди становится слишком тяжело.

— Машина Леры на парковке. Дверь открыта. Мобильник там же.

— Камеры? — земля из-под ног начинает скользить.

Давно не чувствовал себя так, в безысходности. Было дело, но вроде бы уже смирился. Сейчас все иначе. На кону жизнь жены. Жены, которую безумно люблю. Однако сберечь... Не рассчитал я свои силы.

— Камеры черной краской покрасили, — чувствую злую усмешку. — Пацана возьми и домой езжай.