Грешница

Имел жестко, требовательно, подчиняя своим желаниям. Дикий, необузданный, почти неуправляемый.

Мышцы ног сводило, Кира уже стояла на коленях, прогнув спину, принимая член Яна так глубоко, как могла, сжимая до боли в пальцах простынь. Ян, наконец, снял с себя всю одежду, входил резко, насаживая на свой член, он словно и не кончал, комнату наполнили звуки, стоны, хрипы, запах секса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кира снова дергается в его руках, он чувствует, как она сжимает его изнутри, как сдавливает до боли мышцами влагалища, провоцируя оргазм. Сперма толчками вырывается наружу, Ян кончает, в голове снова шум и стоны Киры.

Тяжело дышит, опускаясь на кровать боком, прижимая девушку к себе, накрывая грудь ладонью, чувствуя, как стучит ее сердце в унисон с его.

Кира провалилась в густую темноту, выжатая, опустошенная после оргазмов, которым она потеряла счет. Темнота обволакивала, затягивала, но вот ее словно подхватили на руки и подбросили вверх. Тело ничего не чувствовало, только невесомость, легкость и невероятную свободу.

А проснулась одна, от звонка подруги, которая наверняка начала накручивать себя, думая, что она начнет накладывать на себя руки после встречи с Кельманом-младшим. Кира так и не рассказала ей всего, что было, как все было, не могла, не хотела. Не хотела слушать советы, Светка обязательно полезет на амбразуру с красным знаменем качать права, сделает только хуже себе. Не надо, это ее война.

Кира снова посмотрела в потолок, горько улыбнулась. Он ушел, просто встал и ушел, убежал, как от прокаженной. Точнее, от новой попытки срыва, которая ему не нужна. А она снова дала собой попользоваться, как в туалете, только уже по полной программе. Но они вдвоем нуждались в этом, некое прощание, секс, как не поставленная год назад точка. Жирная такая точка, и уход Яна, объясняющий все, кричащий, разрывающий сознание.

Она позволила.

Да он и не спрашивал.

Но все равно позволила.

В последний раз.

Встала, легко добежала до ванной, в голове ни одной мысли, вытрахали все. Хорошая терапия, надо будет воспользоваться потом, когда совсем станет хреново. Как говорится: клин клином вышибают? Облокотилась руками о кафельную стену, было такое чувство, что ее сломали снова, как спичку, как его папашка год назад. Только тот ломал словами, а Ян — действиями.

Но сейчас она ничего того, что было с ней раньше, не повторит.



Глава 36

— Ты выглядишь прекрасно.

— Не смущай меня, я тысячу лет не надевала такие платья, туфли, не укладывала волосы и не делала макияж.

— Путь хоть две тысячи лет, ты очень соблазнительная.