Грехи и мифы Патриарших прудов

И Катя надеялась на Гущина и его команду — что они еще откопают?

В понедельник, сгорая от любопытства и нетерпения, она прилетела в Главк к девяти, но новостей не было. Полковник Гущин все еще находился в Коломне, его ждали лишь к вечеру.

Не было в Главке и Клавдия Мамонтова. Катя очень этому удивилась — он словно в воду канул. Знает ли он вообще о том, что стряслось на Патриках? И где его носит?

Катя слонялась по кабинету, попробовала заняться своими прямыми обязанностями сотрудницы Пресс-службы, но без толку. Ее ведь прикомандировали по просьбе Гущина к опергруппе. И все ее мысли сейчас были заняты именно этим делом, а не сводками происшествий.

Катя вспоминала свою единственную встречу со Светланой Лихотиной. О чем они тогда говорили? Она не сказала им ничего конкретного ни про Пелопею, ни про Кравцова. Показалась какой-то странной, толковала о «визите сатаны на Патриаршие». Была ли это лишь маска? Или она правда странная? Если это Жанет, то как ее не узнала Регина? Ведь она видела консьержку и домработницу десятки раз. Или все же это большой срок — двадцать три года? Если Лихотиной делали пластические операции лица, то… Но как тогда относиться к уверениям парикмахерши Гарпуновой о том, что Жанет скончалась от нанесенных травм? Они ведь столько времени искали следы ее дочери, подозревая, что это Александра Быкова!

Кто прав, кто не прав в этой головоломке?

Катя надеялась, что Гущин вернется из Коломны и хоть что-то прояснит. И он вернулся. Кое-что оперативники действительно нашли. Но ясности не прибавилось.

В семь часов вечера полковник Гущин объявил большой сбор — оперативку по предварительным результатам. Катя вся обратилась в слух.

Перед совещанием она все же улучила момент и спросила, где Клавдий. Гущин лишь отмахнулся — он в Бронницах, работает с местным розыском. У них там свои задачи.

В Коломне и по месту жительства подозреваемой в Голутвине удалось узнать и много, и мало в одно и то же время. Как на эти новости посмотреть.

Соседкой Лихотиной по лестничной площадке оказалась врач ветклиники, которая подтвердила, что четыре года назад Лихотина действительно работала в Коломенской ветлечебнице в качестве секретарши — вела записи и хранила документы. Ветклиника специализировалась на обслуживании фермерских хозяйств, птичьих ферм и местной свинофермы. Лихотина вместе с ветеринарами бывала там, порой закупала на фермах для себя мясо и субпродукты — она делала великолепную домашнюю колбасу. Соседка-ветеринар категорически отрицала, что Лихотина имела доступ к сильнодействующим лекарствам и никакие препараты из ветлечебницы не пропадали. Покинула она свою работу по состоянию здоровья. И тут соседка замялась, начала явно что-то недоговаривать. Ее попросили ничего не скрывать.