Эффект Грэхема

Он извлекает из кармана зажигалку, раздувает искру, согнувшись над костром, и вскоре в его ладонях занимается огонь, поднимающийся все выше и выше. За несколько минут пламя становится обжигающим.

Я снимаю пальто, расстилаю его на земле и сажусь. Кейс следует моему примеру. Некоторое время мы сидим в тишине. Ну, не совсем в тишине. Мой желудок наигрывает симфонию ворчания и урчания, достойную Дэна Греббса. После игры я обычно налегаю на белки, а прямо сейчас умираю от голода.

Кейс, будто прочитав мои мысли, спрашивает:

– Попробуем поохотиться на гепарда или как?

– Точно. Ведь в лесах Новой Англии гепардов пруд пруди.

– Можно заняться собирательством, – предлагает он. – Кажется, в октябре еще есть ягоды. И сейчас как раз должен быть сезон черных орехов.

– Чувак, я не буду заниматься собирательством. Это твой проект. – Он в ответ усмехается. – До утра проживем. Кажется, у меня есть злаковый батончик. Съедим его вместе с чипсами.

– Чудесно, – мрачно цедит он.

В итоге наш поздний ужин состоит из картофельных чипсов и выуженного из кармана моей куртки батончика с арахисовым маслом и шоколадом.

Неудивительно, что о наших проблемах в конечном счете заговаривает Колсон. Он, судя по всему, любит говорить больше, чем я.

– Это дерьмо не может продолжаться дальше.

– Знаю. Но я не могу заставить ребят из Брайара принять нас с распростертыми объятиями.

– Так ведь это в обе стороны работает. Ты должен хотеть от них хорошего отношения. – Он колеблется, потом продолжает: – Когда вы с парнями только перешли к нам, мы волновались, что вы займете наши места. И давай посмотрим правде в глаза: так оно и случилось. Черт, у нас Миллер ушел. А он был хорошим другом.

– Как и наш прежний капитан, Шон. Он перевелся, услышав о слиянии, потому что не хотел иметь дела с тем, что выпало на нашу долю.

– Тогда мы оба лишились хороших парней. Но с этим покончено. Мы все в стартовом составе. И мы все хорошо играем, – неохотно признает он.

– Все мы? – сухо уточняю я.

– Да. На комплименты напрашиваешься?

– Нет, я знаю, что хорош, – морщусь от того, как это прозвучало. – Ты тоже, кстати.

– Трудно признать, а?

– Я просто что хочу сказать: мы оба капитаны. Мы должны подавать пример остальным. И капелька лести и поощрения может дать отличные результаты.

– Может, нам удастся изменить мнение Дженсена насчет его правила о домашних животных, – насмешливо предлагаю я.

Ответом мне служит громкое фырканье.

– Сильно в этом сомневаюсь. Отец Джиджи рассказывал мне, чем это вызвано.

Мне становится интересно.

– Чувак, не томи. Расскажи.

– Лет двадцать назад команда завела себе питомца – поросенка, и кто-то из парней выставил его на одном мероприятии на окружной ярмарке в Нью-Гэмпшире.