Эффект Грэхема

Мы оба знаем, что это я виноват. Слухи о порно в библиотеке разошлись сами собой, а он ведь просто прикрывал нас с Джиджи.

– Я тебя убью, – одними губами произносит он.

– Так что был поставлен вопрос о том, что, возможно, человек, занимающийся подобным на территории университета, не контролирует должным образом свои импульсы. Возможно, проблема гораздо глубже, так что имен я называть не буду… Линдли.

Зал взрывается смехом.

Тренер поднимает руку, не сводя глаз с Шейна.

– Слушай внимательно, сынок. Кто-то потратил время на эту презентацию, составленную лично для тебя, так что усвой ее хорошенько.

Он жестом приглашает выйти вперед врача нашей команды.

– Доброе утро, мальчики, – сухо и лаконично начинает доктор Парминдер. – Давайте сначала поговорим о дофамине. Взгляните на слайд. Дофамин – это нейромедиатор, передающий нейронам вашего мозга химические сигналы. Также он входит в состав системы вознаграждения организма, а значит, каждый раз, когда вы занимаетесь тем, что вам приятно, высвобождается дофамин.

Шейн закрывает лицо руками. Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не похлопать его по плечу. Подозреваю, если я попробую предпринять нечто подобное, то получу кулаком в лицо.

Доктор Парминдер между тем продолжает:

– А мастурбация для вас – приятное занятие.

Патрик Армстронг практически воет от смеха.

Если мы досидим до конца собрания и никто не обмочится от смеха, это будет просто чудом.

Позже тем вечером мы с Джиджи лежим у меня в постели, и я рассказываю ей, как прошел день. Начался он уморительно, а закончился ужасно. Игра с Бостонским университетом закончилась вничью. Это лучше, чем поражение, конечно, но их команда не самая сильная в конференции, и они не имели никакого права подбираться так близко к нам. Это жутко раздражает. Да, осталось еще почти тридцать игр, так что мы все можем исправить, но сезон уже кажется полным провалом.

– Поверить не могу, что Дженсен так поступил, – Джиджи трясет от беззвучного смеха, я чувствую, как дрожит ее щека на моей груди. – Шейн очень разозлился?

– Он был в ярости. Видела бы ты, какое сообщение он мне потом прислал! – Я хватаю телефон с тумбочки, потому что такое сообщение надо цитировать пословно.

Джиджи смотрит, как я открываю мессенджер, и вдруг дергается, как будто от заряда электрошокера.

– Что? – обеспокоенно спрашиваю я.

– Жизель. – Она на меня даже не смотрит, так что я приподнимаю ее подбородок, заглядываю в глаза. Ее хорошенькое личико перекошено от обиды и гнева. – Что не так?

После бесконечно долгого момента, за время которого враждебности в ее взгляде становится все больше, она наконец щелкает пальцем по экрану и бормочет:

– Если не хочешь, чтобы женщина узнала о твоей лжи, не маши этой ложью у нее перед носом.