Эффект Грэхема

Я вытираюсь и быстро переодеваюсь. Кейс тоже напяливает майку. У него на руках пара татуировок. Мы делим раздевалку уже два месяца, так что я их и прежде видел. Одна татуировка – на бицепсе правой руки – в виде креста, но не религиозная. В кельтском стиле с множеством украшений. Кейс натягивает черно-серебристую худи с эмблемой Брайара, повернувшись ко мне спиной.

Я гадаю, нравится ли такой Джиджи – нравятся ли ей татуированные парни. Впрочем, полагаю, это уже не имеет значения, ведь она с ним больше не трахается, так?

Нет. Определенно нет.

Зашнуровываю ботинки, хватаю рюкзак и, закинув его на плечо, отправляюсь в медиазал. Кейс буквально наступает мне на пятки.

Тренер Дженсен стоит у проектора. Все уже расселись и болтают, дожидаясь нас. Как только мы с Колсоном занимаем свои места, тренер начинает собрание.

Открыв ноутбук, он оглядывает сидящих в зале.

– До моего сведения довели кое-какую информацию. Обычно я не стал бы ничего говорить, потому что на самом деле это не мое дело, черт возьми.

Так, ладно. Уже любопытно.

– Однако мне сообщили, что из-за новых правил надлежащего поведения в кампусе и риска потенциальных психических расстройств мы должны предоставлять вам необходимую информацию в том случае, если случится нечто подобное.

– Что, черт побери, происходит? – весело спрашивает Беккетт.

Дженсен удостаивает его мрачного взгляда.

– Начнем. Первое. Не я делал эту презентацию в Power Point. Хочу, чтобы вы это знали. Я свое свободное время на такое не трачу.

По комнате проносятся смешки.

Он щелкает мышкой, и на экране появляется первый слайд.

ПОРНОЗАВИСИМОСТЬ И ТЫ

– Что за черт? – возмущается Трагер.

– Я не вчера родился, – начинает Дженсен. – И знаю, что секс существует. Порно существует. Его можно найти с помощью любого телефона. Я понимаю. Не могу сказать, что считаю его просмотр здоровым времяпрепровождением. В конце концов, можно найти настоящего партнера. Не знаю, какую пользу приносит просмотр порно часами, но, если это происходит в уединении вашей спальни, ради бога. Расслабляйтесь как хотите.

– Это что, каламбур? – спрашивает кто-то.

– Никакого каламбура, я не люблю каламбуры. Короче говоря, если все происходит в вашей спальне, отлично, мне насрать. Однако просмотр порнографии на территории университета, включая библиотеки, факультетом не поощряется.

– Чувак, он о тебе говорит, – выпаливает Рэнд, повернувшись к Шейну, а потом начинается смеяться как ненормальный, и тренер по какой-то причине позволяет.

Рэнд доходит до истерики. Он склоняется над столиком, за которым сидит, широкие плечи трясутся.

Даже я не могу сдержаться и вынужден прятать смех, прикрыв рот кулаком. Шейн одаривает меня смертоносным взглядом.

Я поджимаю губы. Смех смехом, но я чувствую и свою вину.