Эффект Грэхема

Они с Трагером облажались, а противники этим воспользовались. Конец.

Заметив выражение моего лица, он, помрачнев, опускает голову.

Звучит сигнал, оповещающий о конце первого периода. В перерыве тренер загоняет нас в раздевалку и устраивает нагоняй. Вполне заслуженно, и мы выслушиваем все без единого слова. У Трагера такой вид, будто он хочет что-то сказать, но, к счастью, перед лицом гнева Дженсена он затыкается.

Зато ему есть что сказать, едва игра возобновляется. Когда я пропускаю удар и возвращаюсь на скамью перед сменой линии, Трагер пялится на меня и выдает череду оскорблений, завершив все словами: «Почему, черт возьми, ты не сделал передачу? Кейс был открыт».

Я пялюсь на него в ответ.

– Так я-то не видел, что он открыт. У меня нет глаз на затылке.

– Достаточно. Заткнулись все. – У тренера такое лицо, будто он нас всех сейчас порешит.

Второй период проходит примерно так же, как первый. Мы все совершенно не в духе. Единственное, что нас спасает, – вратарь. Он у нас звезда. Исходную позицию выиграл Курт, а он величайший вратарь из всех, кого я видел, не считая профессионального спорта.

– Он просто невероятен, – бормочет Шейн, когда мы видим, как Курт хватает на лету очередную шайбу, и толпа оглушительно ревет в одобрении.

– Просто рок-звезда, – восторженно соглашается один из брайаровских парней.

Судя по всему, единственное, в чем мы на скамейке согласны, – что наш вратарь спасает сегодня все наши задницы.

На последних секундах игры вратарь Северо-Восточного полностью блокирует нас, а ведь обычно этот парень пропускает шайбы, как гигантское решето. Впрочем, все происходящее сегодня свидетельствует не о том, что он играет хорошо, а о том, что мы – плохо.

С финальной сиреной раздаются жидкие аплодисменты немногочисленных фанатов Северо-Восточного и громогласные свистки брайаровской толпы.

Такой ужасной игры, как сегодня, у «Брайара» не было уже очень давно, и наш тренер – тот самый, который не любит речи, – сообщает нам об этом, едва за нами закрывается дверь раздевалки.

– За все годы тренерской работы в этом университете столь жалкого представления я еще не видел, – возмущается он. – И дело не в том, что вы проиграли. Нам уже доводилось проигрывать всухую. – Он яростно поглядывает на некоторых игроков из старой сборной «Брайара». – Все мы знаем, каково проигрывать. Но проиграть так, как сегодня? Просто потому, что вы даже не попытались работать сообща? Это, черт побери, неприемлемо.

Он швыряет планшет через всю комнату с такой силой, что листы бумаги разлетаются по сторонам. Дженсен глубоко вздыхает, а потом медленно выдыхает, пытаясь успокоиться.

– Снаряжение не снимаем, коньки разуваем. Переобуйтесь и переходите в спортивный зал.