Греховный поцелуй

Эванджелина и чувствовала себя хуже, чем когда прибыла сюда, даже хуже, чем когда прибежала в Стентом-Хаус три дня назад. Тогда у нее была надежда на избавление от отчима, надежда дождаться совершеннолетия, своего двадцать первого дня рождения. Теперь она знала, что все ее усилия останутся тщетными.

— Не прикасайтесь ко мне. — Видя потрясенное лицо Сьюзен, Эванджелина добавила: — Лучше не прикасайтесь. У меня появляются видения, когда до меня кто-нибудь дотрагивается. И головные боли. Ужасные головные боли.

Эванджелина ожидала, что Сьюзен рассмеется, но вместо этого увидела, как она озадаченно сморщилась:

— А когда вы сами дотронулись до Хедерингтона, это дало результат? Сработало?

— Сработало, — призналась Эванджелина. — Но я не увидела, кто это сделал.

— Конечно, Лайонкрофт. Никаких сомнений. Как умер Хедерингтон?

— Его задушили подушкой.

Сьюзен вытаращила глаза.

— Ну, пожалуй, это не похоже на стиль Лайонкрофта, Кажется, он больше склонен к открытой агрессии. Например, если бы вы сказали, что он задушил Хедерингтона руками или размозжил ему голову камнем… Конечно, убивать камнем вульгарно и смертельно опасно. Но подушка! Нет, мне бы это и в голову не пришло!

— Вы думаете, он невиновен?

— Ну, — снова заговорила Сьюзен, — ну, я полагаю… я хочу сказать, что не знаю. Возможно, он и негодяй, но… подушка?

По какой-то причине это небольшое снисхождение скорее взволновало Эванджелину, чем успокоило. Ситуация казалась такой ясной, когда все были убеждены в виновности Лайонкрофта. А сомнения… Сомнения усугубляли дело и представляли все в еще более мрачном свете.

— Душить подушкой — признак трусости, — снова заговорила Сьюзен. — Возможно, Лайонкрофт и может сотворить зло, но мне он не кажется трусом. По-моему, он был бы способен выбросить Хедерингтона с балкона или из окна или проткнуть шпагой, но не подкрадываться к нему спящему и не душить подушкой.

— Могу я попросить вас об одолжении, Сьюзен?

— Конечно.

— Не упоминайте о моих видениях и не говорите о них никому. Теперь едва ли кто поверит, что я говорю с Богом, но по крайней мере люди резко возражают против вещей, имеющих отношение к церкви.

— Право же, даю вам слово, — ответила Сьюзен со смехом и перекрестилась одним пальцем.

— И второе. Если услышите хотя бы намек на присутствие где-то поблизости моего отчима, предупредите меня немедленно.

— Где? Здесь? Разве он приглашен в Блэкберри-Мэнор?

— Нет, не приглашен. Но, возможно, он на ферме. Я не знаю, когда и где он появится. Если только что-нибудь услышите о моем отчиме, пожалуйста, немедленно дайте мне знать, предупредите меня как можно скорее. Его зовут Нейл Пембертон. И держитесь от него подальше. Он опасен.

— Ладно.

Хорошее настроение Сьюзен улетучилось и сменилось недоумением.