Грехи матери

"

"Лиз, Сара и Аманда договорились пойти во второй половине дня в тренажерный зал, а потом посетить парикмахерский салон. Но пока, после обеда, все, кроме Сары и Оливии, решили покататься на водных лыжах вокруг яхты. С катания вернулись в отличном настроении.

Планировалось поужинать на борту у скал, а потом сняться с якоря и за ночь дойти до острова Эльба. Капитан сообщил, что в спокойных водах у Эльбы отличная рыбалка. Филипп с Джоном с нетерпением ее ждали.

Во второй половине дня Грейсоны легли загорать на верхней палубе, только Аманда ушла вздремнуть в свою каюту. Ей явно требовалось отдохнуть от окружающих. Филипп же, наоборот, стал более общительным после двух дней, проведенных с братом и сестрой. Оливия считала, что ему будет полезно немного расслабиться. Временами он был слишком серьезным и выглядел старше своего возраста. Он всегда был очень степенным и респектабельным, но с годами становился высокомерным. Сейчас он рассказывал Джону смешные истории, случившиеся на охоте, в которой участвовал, а Лиз в это время по секрету сообщила Саре о своей книге.

– Честно говоря, я просто не знаю, удачная она или ужасная. Она не похожа на всё, что я писала раньше. Там много аллегорий, связанных с фантазиями ребенка, но в чем-то она и философская. Я боюсь посылать ее агенту – он может подумать, что у меня поехала крыша. Я целую вечность ему не звонила.

– Хочешь, я на нее взгляну? – предложила Сара.

Солнце клонилось к закату, родные наслаждались совместным отдыхом. Во время каникул они чувствовали себя настоящей семьей. Ради этого Оливия и собирала их каждый год, и пока это работало. Даже невестки лучше ладили со всеми остальными, а внуки отрывались по полной программе.

– Я была бы тебе очень благодарна, – сказала Лиз, и мурашки побежали у нее по спине. – Господи, Сара, а что, если она ужасна?

– Тогда напишешь еще что-нибудь. Иногда одной попыткой не обойтись.

Она знала, что Лиз долгое время пребывала в тупике, обрадовалась, что та опять стала писать, и была заинтригована, что же у нее вышло.

– Я бы с радостью ее почитала, – сказала она с воодушевлением. Обе не заметили, что Оливия сидела прямо за ними, наслаждаясь последними лучами солнца.

– И я бы тоже, – мягко сказала она. – Можно мне почитать это после Сары?

Лиз вздрогнула, услышав голос матери, и повернулась к ней с испугом в глазах:

– Мама, она вообще-то не готова. Мне надо над ней еще поработать.

Оливия кивнула, но вид у нее был разочарованный. Она хотела принять участие в том, что они делали, и лучше их узнать, но некоторые двери открываются с трудом – она могла войти в их внутренний мир только по приглашению. А в данном случае было ясно, что ее не позвали.