Эксклюзивный грех

Официантка обратилась к Наде: та чуть напряглась, но с достоинством, отложив меню, попросила форель и маленький бокал пива.

Дима единым духом выпил рюмку водки и обратился к Наде очень ласково:

– Устала, миленькая?.. Ну, расскажи, как съездила. И она немедленно оттаяла, стала рассказывать: по-женски, то есть по порядку, пункт за пунктом. Как она добралась до городка К.; как нашла дом; как встретили ее Коноваловы… Дима хотел было перебить, воскликнуть: “Ну, а суть-то в чем?!” Но потом увидел: Надя раскраснелась, она упивается своим рассказом и радуется, что у нее получилось, – и он не стал ее прерывать. И она рассказала, как решила сообщить Коноваловым правду и что супруги поведали ей в ответ… И, наконец, приступила к главному – о чем мать Коноваловой сказала ей уже на улице: о беременности дочери.

– О main Gott! – воскликнул Дима. – Лена Коновалова была беременна!.. Но от кого?!

– Мама Коноваловой не знает, – покачала головой Надя. – Даже не догадывается. У Лены никого не было.

– Все говорят: “У Лены никого не было!” – в сердцах воскликнул Дима. – Что ей – ветром надуло?!

Надя замкнулась – и лицо у нее стало расстроенным: как всегда, когда в ее присутствии повышали голос.

– Впрочем, извини… – пробормотал Полуянов. – Меня чертовски эта ситуация напрягает… Хочешь послушать, что узнал я?

Она кивнула.

Дима рассказал все, что выяснил за прошедший день, вполовину быстрее, чем Надя. Он-то излагал по-мужски, по-журналистски: сперва главное, затем детали. Первую историю, выуженную из Интернета, он начал так:

– Араб погиб два месяца назад, он был террористом и мультимиллионером…

Во втором повествовании главное звучало следующим образом:

– Маньяк благополучно руководит холодильным заводом, однако создалось впечатление, что он откуда-то знает меня…

Когда Дима закончил рассказ, принесенное для них горячее остыло, а пиво начало согреваться. И в качестве резюме Дима, раздосадованный, сказал то, что говорить совсем не думал:

– Я ничего не понимаю! Я запутался. И я не знаю, что нам делать!..

Он сразу пожалел о сказанном: “Ох, дурак я!.. Нельзя показывать Наде свою слабость! Она так на меня надеется!""

– Давай поедим и выпьем, – понимающе улыбнулась Надежда. – Голодное брюхо к детективам глухо.

Дима благодарно кивнул и принялся за жареные крылышки с пивом. А когда он покончил с едой, настроение у него явно улучшилось. Надю, похоже, тоже зацепила вкусная пища и выпивка, и глаза у нее заблестели.

– Когда я не знаю, что делать, – лукаво сказала она, – я обычно смотрю в гороскоп. Или гадаю.

– Пытаешься объяснить рациональное с помощью метафизического? – понимающе ухмыльнулся Дима. – Дельно!.. Ну, и на чем мы будем гадать? На кофейной гуще? Предупреждаю: здесь кофе по-турецки не варят, только “эспрессо”.