Инструктор. Законопослушные граждане

— А ты с ним разговаривал?

Ахмет закрутил головой:

— Нет!

Илларион Константинович глубоко и нервно затянулся табачным дымом, а потом, сплюнув, бросил окурок в урну.

— А где его можно найти? — поинтересовался полковник Забродов у Ахмета.

Старик неуверенно пожал плечами и, склонив голову набок, виновато ответил:

— Не знаю, Илларион Константинович, он может спать там, где выпьет лишнее.

Илларион Забродов недовольно нахмурился, отчего на высоком лбу собрались складки.

— А дом-то у него есть, Ахмет? — спросил Забродов.

Татарин протяжно вздохнул и, пренебрежительно махнув рукой, изрек:

— Дом, Константинович, у всех есть, даже кошки, и те имеют пристанище, но и их часто гоняют с насиженных мест.

— Ты это о чем, Ахмет? — не поняв старика, переспросил Забродов.

Татарин снова жалобно вздохнул и как-то странно покачал головой, отчего с нее чуть не слетела шапка-ушанка, в которой старый татарин ходил весь год.

— Да у него квартира в соседнем доме, — печально сообщил всезнающий дворник, — только его оттуда выгнали дети и теперь сдают квартирантам. Сейчас он может быть и на чердаке, или где-нибудь в подъезде, а может, промышляет возле пивнушки, она должна скоро открыться…

Илларион Забродов удивленно вскинул брови и недоверчиво посмотрел на старого человека. Трудно было поверить в то, что с родным отцом так могли поступить его единокровные дети.

— Да что ты говоришь, дорогой, — озадаченно покачал головой Забродов, — не может быть! Это чтобы дети да так поступить с родным отцом…

Старик, слегка усмехнувшись, поправил шапку и печально покачал головой.

— Вот так… А ведь большим человеком был, дома красивые строил, талант имел огромный! И не то бывает, Илларион Константинович, — многозначительно произнес татарин. — Недавно в соседнем квартале дочка старую мать зарезала…

— Ладно, Ахмет, — сухо сказал Забродов, чтобы закончить этот словесный базар, и поинтересовался у дворника: — Ты сегодня увидишь Иосифа Говоркова?

Ахмет усмехнулся и проговорил:

— Как только Петрович проснется, так я его и увижу.

— Где проснется? — переспросил Забродов.

Пожилой татарин вяло махнул рукой в дальний угол двора, где в подвальном помещении было его жилье, и уточнил:

— У меня.

— Так что, Петрович отдыхает не дома? — удивился Забродов.

Татарин кивнул и подтвердил:

— Так точно, гражданин полковник! Мы вчера с Иосифом Петровичем немного приняли на грудь, ну ты же сам понимаешь, в каком состоянии человек… Ну и он решил не вставать.

Забродов ничего не сказал по этому поводу.

— Хорошо, Ахмет, — кивнул Забродов, — пусть Говорков отсыпается. Но как только он проснется, — с этими словами он достал из кармана сторублевую купюру и протянул дворнику, — то пусть найдет этого твоего Митьку и не отпускает его от себя.