Графиня поневоле (СИ)

— Что? — она ощущала внутри подрагивающее естество Грега и сгорала от желания начать тот самый древний танец на земле, который позволял узнать радость полета.

— Чего ты хочешь? — по виску мужа скользнула капля пота.

— Кончить! — Иришка почти кричала.

— Тогда попроси, — голос Кастерса искушал, и она сдалась.

— Кас, — получилось как-то хрипло. — Кас, возьми меня.

— Да, сладкая, — послушался мучитель, делая первое движение.

Уже потом, лежа в объятиях спящих мужчин, и, пытаясь воскресить ощущения от подобной близости, Иришка призналась себе, что это была ее самая сладкая капитуляция, а может быть даже победа.

Глава пятьдесят вторая, в которой героине настолько нравится процесс примирения, что она всерьез задумывается о том, не стоит ли ругаться с мужьями чаще

Иришка в кои-то веки проснулась самая первая. Плотно зажатая с двух сторон мускулистыми мужскими телами, она почувствовала себя любимой плюшевой игрушкой сразу двух больших мальчиков, которые не только крепко обнимали свое сокровище. Маркиза зевнула до слез, спать хотелось просто ужасно, но еще сильнее хотелось посетить туалет. Она предприняла робкую попытку выбраться из переплетения мужских конечностей, но была поймана.

— Ты куда, сладкая?

— Мне надо.

— И мне надо, — Кас потерся роскошным утренним стояком о бедро жены и игриво укусил ее за ушко.

— Мне в туалет, — не поняла прозрачного намека Иришка.

Кастерс неохотно разжал объятия, потянулся за поцелуем, но был решительно остановлен маленькой, но крепкой ручкой ее светлости.

— Мне надо, пусти, — в ее шепоте послышалось недовольство.

Провожая глазами женскую фигурку, на ходу накинувшую его рубашку, обратил внимание на на то, что движения супруги несколько неуверенны. Похоже, что они с Грегом были не слишком аккуратны вчера. Да и о каком самоконтроле говорить, когда тебя умоляют, крича срывающимся от страсти голосом: «Еще! Да! Сильнее! Не останавливайся!»

— Вот и слушай ее после этого, — он скользнул с кровати и, дав Аоле некоторое время на гигиенические процедуры, решительно толкнул дверь в ванную.

— Ты как?

— Ты не вовремя! И вообще это неподходящее время и место для глупых вопросов, — она фыркнула и отвернулась.

— Не сказал бы, — рыжий беззаботно пожал плечами. — Как самочувствие?

— Спасибо, хорошо, — Аола отзеркалила его жест и повернула краны. Тугая струя воды ударила в дно ванной.

— Мне показалось, что ты нуждаешься в моей помощи, — он оказался совсем рядом.

— Я так не думаю, — протянутая к флакону с пеной рука оказалась в мужском плену.

— Посмотри на меня, Аола.

— Зачем?

— Разве мы вчера не помирились?

— Не припомню, — она упрямо сжала губы.

— Ладно, — Кас привычно устроил подбородок на ее макушке, — Пусть… Но полечиться тебе обиды не помешают.