Его нежеланная графиня

Это почувствовал даже Нортман и поспешил парню на выручку.

— Графиня, Квардес гораздо ближе и…

— И вы, решив поступить по-своему, потеряли целых два дня! — оборвала его Алес. Сейчас добрые отношения с мужем отошли даже не на второй — на десятый план. — Значит так, Лайон, ты сейчас берешь свиту и отправляешься за Альмой. Если ехать через земли старого Ормса можно сократить путь на пару дней.

— Но ведь…

— А вы, граф Арельс, отправляетесь к старому Ормсу, приносите ему извинения за эту вынужденную меру, а затем берете две-три смены лошадей и расставляете их по пути следования моего брата, чтобы назад он смог вернуться как можно быстрее.

Идея перекладных, почерпнутая из классической русской литературы, выплыла откуда-то из глубин памяти и оказалась весьма кстати. А подумать над тем, как распространить ее по всему королевству, можно и потом.

Граф Арельс и граф Бартон обменялись растерянными взглядами. Может, кому-то из них и хотелось возразить, но Алесия выглядела так, что возражения сами застревали в горле."

"— Мне повторить еще раз? — в ее голосе лязгнул металл и мужчины поспешили убраться.

Алес же, ощутив внезапную слабость в коленях, шагнула к кровати. Она понимала, что возможно сломала все, и теплую дружбу с братом, и зарождающуюся привязанность мужа. И вообще, наглухо разбила образ нежной фиалки… Но ей было плевать.

Жаль, что в замке не водится кактусов, она бы точно затолкала парочку лекарю в горло. Пусть оценил бы методы лечения на себе.

— Лия…

Девочка с трудом приоткрыла глаза. На ресницах заблестели крошечные слезинки.

— Алес… — едва слышно просипела она. — Мне страшно… Пожалуйста… Я не хочу, чтобы мне пускали кровь…

— Я никому не позволю, даю слово.

— Мне так плохо, кажется, я больше не смогу дышать…

— Это скоро пройдет и все снова станет хорошо. — притянув к себе падчерицу, Алесия на несколько секунд зажмурила глаза. Ей самой хотелось заплакать, но нельзя. Как нельзя и показывать отчаяние.

Если бы не методы «лечения» одного идиота, Лия точно бы дождалась Альму. Но сейчас, в девочке едва теплилась жизнь. Есть ли у них эти злосчастные пять-шесть дней?

Алес до боли прикусила губу, запретив себе даже думать о плохом. Если их нет, значит — будут. А пока — продолжаем отпаивать виконтессу противовоспалительным. Вспоминаем все народные средства из родного мира, от растирания горячим полотенцем до редьки с медом. Но самое главное — поддерживаем моральный дух.

Ибо, как говорила Фаина Раневская — «Если больной хочет жить, то любые врачи бессильны».

* * *Увы, поддерживать моральный дух оказалось сложнее всего. Потому что Лианна больше не верила в исцеление и угасала буквально на глазах.