Графиня из захудалого рода

Где, как не там, можно узнать все последние новости? Хозяин постоялого двора – упитанный лысеющий мужчина, сообщил нам, что комнатка для нас у него найдётся, конечно. Только на первом этаже и ближе к лестнице. Тогда я, чтобы Генрих не устроил скандал, торопливо согласилась, осчастливив хозяина парой монет.

М-да… оказалось, что тот постеснялся сказать, что комнатка скорее была под лестницей, чем около. Крошечное помещение рядом с шумным общим залом, да над головой шумно топали постояльцы, которым посчастливилось поселиться на втором этаже. Обед, состоящий из тушёного мяса и овощей, принесли довольно быстро и сгрузили на одну из двух табуретов.

- Возможно, нам стоило попытать счастья в другом месте, попроситься на постой кому-нибудь в дом? Понимаю, что такие условия непривычны для тебя, – немного смущённо спросила я, присаживаясь на краешек кровати, занимающей большую часть помещения.

- Не стоит, - усмехнулся Генрих и попросил полить из кувшинчика, пока он моет руки. – Бывали времена, когда отец наказывал меня и лишал еды на день или на два. Иногда нас с Германом тихонько подкармливала жена нашего лесника, поэтому простому рагу с мясом меня точно не удивить…

Я изрядно смутилась, украдкой покосилась на мужа, но промолчала. Кажется, что всё было просто и понятно в моём супруге: блестящий придворный, благородный аристократ, с лёгким презрением относящийся ко всем окружающим… а потом он задорно улыбается, уплетая крестьянскую пищу, сидя на кровати.

- Предлагаю посетить дом господина полкового врача, - выдвинул предложение Генрих, когда первый голод был утолён. – Сколько ещё нового нам придётся узнать о дядюшке Отто?

Я молча кивнула, ощущая определённую неловкость от нахождения его так близко, даже и не предполагая, насколько Генрих окажется прав в своих сомнениях.

Глава 32

Ну, что сказать: дом генерала действительно стоял на отшибе, на небольшом пригорке, и радовал глаз высоким глухим забором самого неприступного вида.

- Тревожится дядюшка Отто за свою безопасность, - радостно хмыкнул Генрих, осматривая маленькую крепость.

Между тем, дом был добротный, двухэтажный, с коричневой черепичной крышей и ярким коньком наверху. Более рассмотреть ничего не удалось, к сожалению. Однако, незамеченными мы не остались, это подтверждал солидно-басовитый собачий лай.

- Как ты думаешь, внутри есть кто-то? Кроме собачек, разумеется, – спросила я, жадно прильнув к щелке в заборе, за которой находился роскошный разлапистый куст.

- Не спросим - не узнаем, - философски пожав плечами, отозвался Генрих и заколотил в дверной молоток, что было силы.

Собачий лай уже превратился в полузадушенное хрипение, когда калитка распахнулась, явив миру двух хмурых мужчин с лёгкой небритостью на лице и пасмурностью во взгляде.