Граф

Понятное дело, что Алиса не была ни дурой, ни тупой. И определенная адаптационная трансформация ее психики все-таки получилась. Но исключительно внешняя. Ценности же и жизненные ориентиры у нее не поменялись.

Да, она была вынуждена притворяться в поведении и речи, чтобы выжить.

Да, она была вынуждена жить с мужем, вопреки своей воле. Более того – рожать ему детей.

Но внутри у нее все кипело!

Настолько, что Алиса, осознавая выгодность и благоприятность своего положения, переполнялась бурлящими негативными эмоциями. Которые время от времени прорывались в отношении с мужем. Ведь он стал для нее персонификацией всех ее проблем.

Из-за него она попала в этот ад.

Из-за него она потеряла все, что у нее было. Даже имя.

Из-за него она оказалась…

Этот список можно продолжать до бесконечности. И Андрей понимал ее. Видел, как ей плохо. Но ничего с этим поделать не мог. Его познания в психологии не отличались глубиной и широтой.

Была бы вместо Алисы местная женщина – он мог бы и сам не выжить. Потому что, несмотря ни на что, присутствие современницы сильно помогло и продолжало помогать. Но чем дальше, тем сильнее заходили ее выходки. У него уже начали прорывать вспышки ярости на ее выходки и неуместно едкие слова. И он уже не знал, как это обернется дальше.

Или он ее прибьет.

Или она его подставит.

Но, в любом случае, их семья прекратит свое существование.

И уже мирно не разбежаться. Даже в монастырь ее не сплавить. Давать ТАКОЙ козырь своим врагам он не мог. Просто потому, что они им, без всякого сомнения, воспользуются.

Андрей думал об этом по вечерам каждый день с момента выхода в поход. И не знал, что придумать. Во всяком случае рационального и не сильно кровожадного…

Глава 3

1557 год, 28 апреля, окрестности Азака

Полк шел быстро, сплавляясь по реке вниз. Очень быстро. Невероятно быстро.

Первые три дня их продолжали сопровождать союзные татары. Однако на четвертый, выгрузив им их припасы, Андрей ушел вперед. Ибо всадники, даже о три конь, не успевали за ходкими суденышками.

Подходящая форма ушкуев, в сочетании с половодьем, более длинными веслами и активным использованием бермудского паруса делали свое дело. Полк продвигался невероятно быстро по местным меркам. Существенно быстрее, чем могли бы проходить они на старых ушкуях, двигаясь по старинке.

Враждебные ногаи иногда встречались. Но особенно не мешали. И ночных нападений на лагеря не устраивали. Просто потому, что полк останавливался в других местах, вместо ожидаемых. Ведь степняки ориентировались на привычные им логистические особенности. Андрей же со своими людьми выступал этаким спидранером, что бежал вперед, бежал, бежал, бежал…

Только весла сверкали."

"Вот на веслах успели посидеть все. Даже наблюдатели от посольства и священники. И сам Андрей.