Граф

Ведь они, продвигаясь, будут разорять и жечь простые сельские поселения, добывая еду и, вероятно, транспорт. И Султану придется это все как-то гасить. Тем более, ему не известно в каком из них уходит Белый волк…

На что эти ребята надеялись Андрей даже не догадывался. Но ему было все равно. Он им сделал предложение. Они отказались. Тот крикун, кстати, что качал права у дворца ночью, и возглавил один такой отряд.

Сам же город пылал пуще прежнего. Потому как вместо рабов за дело взялись нищие.

Андрей стоял у окна башни Правосудия и наблюдал за чадящим Истанбулом… Константинополем… Царьградом… и прочее, прочее, прочее. Волею судьбы он находился точно там же, где менее суток назад располагался Султан, слушая доклад про викингов.

– Не берите много денег. Только минимум. И вообще – не набирайте вещей. Особенно украшений. Это может привлечь к вам ненужное внимание. А на дорогах беспокойно. Вам главное – добраться до Галата. Это недалеко. И чем быстрее вы попадете под защиту Сулеймана, тем лучше.

– Мы отдали тебе все! – возмутился женский голос.

– Ты считаешь, что я дурак? – повел бровью Андрей, не поворачиваясь. – Мне нужно было вас напугать, чтобы вы не глупили. Или вы действительно подумали, что я поверил, будто такие «сороки» как вы, отдали все свои блестящие игрушки?

– Так ты…

– Твоя жертва приятна, но напрасна. – усмехнулся граф. – Я и так не собирался у вас забирать все. Впрочем, о этой жертве все равно кроме нас никто не узнает. Так ведь?

– Я отравлю слуг. В этой суматохе никто их не хватится.

– Хорошо. Я выведу вас со своим полком к причалу. Дальше сами. Сможете переправиться через Золотой рог – хорошо. Нет? Идите в обход. Отряды рабов должны были отойти уже далеко. И передайте от меня Сулейману, что войну эту пора заканчивать. Я устал и мне начинает становиться скучно.

– Что ты хочешь?

– Я хочу, чтобы Султан взял под свой контроль набеги подданных Давлет-хана на Русь. Запретил им это делать. И выдавал головы тех, кто ослушался его приказа. Можно руками хана. Если он не будет справляться, то ему голову с плеч, и нового ставить.

– Ты ведь понимаешь, что это невозможно.

– За все нужно платить. В конце концов я говорю только о Московской Руси. Если Крым пожелает, то пусть ходит в Литву там или Венгрию. Да хоть в Индию пускай ходят – главное – на Московскую Русь ни ногой. Поняла?

– Да.

– И Азак – наш. Кроме того, с Сулика договор о торговле. А теперь ступай. И я надеюсь, что тебя никто лишний не увидит.

Женщина встала.

Оправила свою одежду.

Постояла с минуту.

– Не поцелуешь меня на прощание? Мы ведь больше никогда не увидимся."

"– Поэтому я не хочу давать тебе боль надежды и воспоминаний. На самом деле нам не следовало этого делать. Ни тебе, ни мне. Это глупо. Расчетливая с…ка и сорвавшийся кобель.