Несостоявшийся граф

Но, правда, невмоготу ждать у моря погоды.

– Понимаю, но обещаю, что долго не задержу вас. Кстати, хотите чаю?

– Хочу, – неожиданно признался успевший ужасно проголодаться Дмитрий.

– Ну вот и чудесно! Я сейчас распоряжусь служителям, а сам займусь вашим делом.

Кабинет у Мещерского оказался невелик, но вместе с тем как-то по-домашнему уютен. Князь предложил своему гостю располагаться на диване и тут же исчез, а через пару минут в дверях возник пожилой слуга с подносом на руках, на котором стоял стакан крепко заваренного чая и тарелка с бутербродами.

– Извольте, господин подпоручик, – сказал он, устраивая принесенное на столе.

– Спасибо, – отозвался Будищев и неожиданно вынул из портмоне рубль, – прими, любезный.

– Покорнейше благодарю.

– Вот что, дружище, – помялся моряк. – Стыдно признаться, но я совсем не знаю хозяина этого кабинета. Скажи, что он за человек?

– Так ведь это немудрено, ваше благородие, – понимающе усмехнулся служитель. – Их сиятельство мало кто в лицо знает, не любит он на виду быть. Разве что читающая публика, ну так они тут редко бывают.

– Берите выше, газету издает. «Гражданин», может, слыхали?

– Погоди, так это тот самый Мещерский?! – вспомнил, наконец, Дмитрий, досадуя на свое тугодумие.

– Так точно-с. Действительный статский советник и камергер его величества.

– Оно уж как водится, – усмехнулся служитель и исчез за дверью.

Отсутствовал князь недолго. Едва Будищев успел расправиться с чаем и парой бутербродов, как Владимир Петрович с озабоченным видом вошел в кабинет.

– Ну что? – подскочил Дмитрий.

– Вы оказались правы, – хмыкнул Мещерский, – в делах антиправительственных ваша протеже не замечена. Ее задержали по уголовному делу.

– Да в том-то и дело, что какая-то бессмыслица. Вроде бы она угрожала оружием некоему приказчику, а когда тот ее обезоружил, появился офицер и, пардон, набил пострадавшему морду. Потом отправился в полицию и заявил уже на приказчика, обвинив во всем его, а поскольку у несчастного оказалась разбита челюсть, тот не смог оправдаться. И все бы было шито-крыто, но нашелся свидетель, точнее, свидетельница видевшая, что револьвер поначалу был у девицы Филипповой. Вот такой, понимаете ли, пердимонокль!

– Твою дивизию! – сморщился как от зубной боли моряк.

– Еще раз прошу прощения за бестактность, – осторожно поинтересовался князь, – но не вы ли были тем офицером?

– Какой пассаж! Но зачем?

– Так получилось. Этот придурок приставал к ней и едва не покалечил заступившегося за нее мальчишку. Вот она и схватилась за револьвер.

– Невероятно! Я просто ушам своим не верю. Но как там оказались вы?

– На самом деле случайно.