Несостоявшийся граф

– Точно так же, как я спас императора, – усмехнулся Будищев и, видя, что министр его не понял, пояснил: – С помощью револьвера.

– Постойте, – изумился подобной непосредственности граф. – Я не ослышался, вы предлагаете бессудную расправу?

– Нет. Я не могу на это пойти! Если вам известно, где скрываются заговорщики, то ваш долг сообщить мне об этом. Я немедля пошлю туда жандармов, их арестуют и осудят, как это и должно быть в цивилизованном европейском государстве!

– Видите ли, Михаил Тариэлович, – помялся Дмитрий. – Я еще не знаю, где они.

– Тогда о чем мы разговариваем?

– С помощью одной женщины, которая сидит в Петропавловской крепости.

– Вы, верно, о некоей Гесе Барнес, выдававшей себя за Гедвигу Берг? – проявил осведомленность министр.

– Насколько мне известно, она отказалась сотрудничать со следствием.

– Она иногда бывает упряма, – кивнул Дмитрий.

– Но вы уверены, что вам удастся убедить ее предать своих сообщников?

– Даже не знаю, мне кажется, она слишком закоренелая преступница!

– Михаил Тариэлович, вы хотите обезвредить террористов?

– Тогда дайте мне свободу действия.

– Что вы имеете в виду?

– Нечто вроде охранной грамоты. Типа, все, что совершил податель сего, сделано по моему приказу и на благо государства. И приказ о всемерном содействии.

– Нет. Вспомнил документ, который вы дали Ковалькову.

– Ну, хорошо, положим, вы меня убедили. Что вы собираетесь предложить своей бывшей любовнице?

– Свободу и возможность покинуть Россию.

– Что?! Я никогда на это не пойду!

– Михаил Тариэлович, – вздохнул Будищев, – обещаю, что Геся Барнес покинет пределы Российской империи и больше никогда и никого здесь не потревожит. В сущности, вся ее вина лишь в том, что она восторженная дура. Геся ведь ни в кого не стреляла, не бросалась бомбами. Даже прокламаций не распространяла.

– Да-да, всего лишь скрывала государственного преступника. К слову, в вашей с ней квартире!

– Я же говорю, дура. Но с ее помощью мы можем прихлопнуть остальных.

На лице Лорис-Меликова промелькнула целая гамма чувств, от недоверия до надежды, после чего он наклонился к своему гостю и вкрадчиво спросил:

– А для чего это вам?

– Вам наверняка доложили, что от бомбы террориста пострадал мальчик. Его звали Семка и он был моим воспитанником… да что там, почти сыном. Несколько часов назад он скончался от ран.

– Сочувствую вашей утрате, но все же…

– Выше высокопревосходительство, – отчеканил, глядя ему в глаза, Будищев. – Я все равно убью этих людей. Всех до одного. С вашей помощью или без. Просто с нею будет быстрее. Решать вам.

Из-за близости к морю в Петербурге всегда сыро. Даже когда царит летний зной или лютый мороз, в воздухе достаточно влажности, чтобы сделать жизнь обитателей столицы невыносимой.