Бессердечный граф

Я даже пригласил в Эверсби одного из друзей, чтобы было веселее.

Все были так удивлены, что на несколько мгновений за столом воцарилось молчание, потом Кэтлин осторожно спросила:

– И кто же это?

– Сам мистер Уинтерборн.

Девушки заахали и завопили от восторга, Кэтлин же нахмурилась, глядя на Девона. Черт бы его побрал, он же знает, что не полагается приглашать посторонних, когда семья в трауре.

– Владельца универсального магазина? – решила уточнить она. – Конечно же, в сопровождении толпы друзей-модников и прихлебателей? Милорд, вы, похоже, забыли, что мы в трауре?

– Как можно? – воскликнул он с сарказмом, и это ее разозлило. – Уинтерборн приедет один. Не думаю, что это станет для моего дома непосильным бременем.

– У такого джентльмена, как мистер Уинтерборн, должно быть, тысячи приглашений на праздник. С чего ему приезжать сюда?

Ее едва сдерживаемый гнев забавлял Девона, и в его глазах блеснули смешинки.

– Он человек малообщительный, и, думаю, его привлекла перспектива провести праздник тихо, в деревне, на свежем воздухе. И мне бы хотелось, чтобы у нас был соответствующий рождественский стол и хорошо бы нам спеть несколько рождественских гимнов.

Близняшки заговорили одновременно:

– Кэтлин, ну пожалуйста, соглашайтесь!

– Это было бы великолепно!

Даже Хелен скромно заметила, что не видит в этом ничего плохого."

"– Зачем же так себя ограничивать? – хмыкнула Кэтлин, глядя на Девона с неприкрытым раздражением. – Давайте тогда пригласим музыкантов, устроим танцы, поставим елку и украсим ее свечами?

– Замечательное предложение! – елейным голоском проговорил Девон. – Да, давайте так и поступим.

Кэтлин, вне себя от гнева, утратила дар речи и только сверлила взглядом, а Хелен тем временем осторожно вынула из ее сжатых пальцев нож для масла, от греха подальше.

Глава 14

Декабрь принес в Гэмпшир ледяные ветры, холодные дожди со снегом, деревья и живые изгороди, покрытые инеем, но приближающийся праздник вызвал в доме всеобщий энтузиазм, никто не замечал непогоды. Даже Кэтлин отказалась от надежды ограничить торжества. Но произошло это не сразу: сначала она согласилась удовлетворить просьбу устроить собственную рождественскую вечеринку, потом – поставить в холле большую елку.

Уэстон нашел Кэтлин в кабинете, где она разбирала корреспонденцию.

– Уделите мне пару минут?

– Конечно. – Она указала на стул рядом с письменным столом и поставила перо в подставку. Выражение его лица дало понять, что пришел он не просто так. – Ну, говорите прямо: что замышляете?

– С чего вы взяли? – изобразил он недоумение.

– Всякий раз, когда вы пытаетесь прикинуться агнцем Божьим, сразу ясно, что вы что-то замышляете.

Уэстон рассмеялся и кивнул.