Ювелирная лавка госпожи Таниты

Не верится, что ювелир был таким безответственным. Может, он все-таки передавал деньги? Ей или еще кому-то. Но почему они не дошли до Дарена? Или дошли?

Голова пухла от обилия мыслей, хотелось побиться лбом об шкаф. И бриллиант этот чертов. Чувствую, он еще принесет проблем, лучше бы его продать.

Но пока… выдохнуть и остыть. Принимать решения надо с холодной головой. Не зря же ювелир так хранил семейное достояние.

Дети продолжали сидеть на диване, пристально глядя на меня.

– И еще вопрос. Понимаю, что вам неприятно об этом говорить, но я уже несколько раз слышала, что во время болезни ваш отец распродал все по дешевке. А почему не за полную цену? Может, ему очень срочно нужны были деньги, чтобы купить особое лекарство или нанять лекаря-мага? – спросила я мягко.

Двойняшки опустили глаза и замялись."

"– Быстро найти покупателей на много дорогих украшений не вышло бы. И тогда господин Клавиц предложил попробовать сбыть их в других городах, открыть филиалы лавки.

– Мне никогда не нравился этот слизняк, – пробурчал Тимош. – Много он понимает!

– Зачем ты так? – Варда поглядела на него с укором. – Он даже как-то приносил нам еду и подарки.

– Все равно он мне не нравится! А ты вечно всех жалеешь.

Понятно, что ничего не понятно. Если Клавиц что-то мутил с украшениями у Малкольма за спиной, то теперь должен, наоборот, не попадаться мне на глаза. Или так осмелел, что решил поживиться и за мой счет?

Дети толком рассказать ничего не могут, какой с них спрос? Малыши еще. Тетя Свэнья, если бы знала, то давно бы сказала. И Клавица как прижать? Наверняка ведь соврет. Неужели нет ни единого человека, который поможет распутать этот клубок?

– И что стало с затеей вашего отца и Клавица? – спросила я, вздохнув.

– Он приносил деньги, когда удавалось что-то продать. Но много уходило на лечение, еду, школу. Осенью еще ремонтировали крышу.

– И во всем вам помогал господин Клавиц?

– Отец уже не мог сам ничего делать, ему было слишком плохо, он ослаб, кожа да кости! И умер внезапно, – губы Тимоша задрожали. – Он сказал, что позаботится о нас, но не успел.

– У вашего отца был поверенный?

– А это кто? – непонимающе спросила Варда.

– Это человек, которому доверяют свои дела и документы. Я не знаю, как такие люди у вас называются.

– Душеприказчик, что ли?

– Точно! Душеприказчик, – я обрадовалась тому, что дети поняли, о чем речь.

– Он ходил к этому, как его… Варда, вспоминай! Живет на улице Белых Флагов, – Тимош нахмурился и сжал пальцами виски.

– Господин Манагот? – неуверенно спросила девочка.

– Кажется, да, так его зовут.

И оба уставились на меня в ожидании. Я никогда не любила все, что касалось документов и хождения по инстанциям, но придется потерпеть.

– Хорошо, что вы вспомнили. Значит, нам надо идти именно к нему.