Госпожа страсти, или В аду развод не принят

– Я действительно тебя люблю, ты же это сама прекрасно знаешь, но мне невыносимо знать, что еще кто-то прикасается к тебе, трогает тебя, ласкает… Мне очень больно от этого, разве ты не понимаешь такой элементарной вещи, Коваль? Посуди сама – ты отдаешься Хохлу, и я, зная это, должен терпеть и молчать вместо того, чтобы набить ему морду и расставить все по местам. Но я не делаю этого просто потому, что ты не хотела бы. Я все жду, когда же наконец ты сама поймешь это и сделаешь какие-то выводы, но нет! Ты продолжаешь свои игры, не замечая ничего и никого – ведь ты мучаешь нас обоих, я уверен, что Хохол сказал бы тебе то же самое. Остановись, детка моя, посмотри вокруг – ведь так ты можешь остаться одна.

– Ты заставляешь меня делать выбор, от которого я столько времени пыталась отвертеться. – Марина уткнулась лицом в его грудь, понимая, что он совершенно прав сейчас – она должна прекратить. – Егор, а если я действительно решу остаться одна?

– Ты не сможешь.

– Напрасно ты так думаешь – я долгое время жила одна, у меня была только собака, и никого больше.

– Детка, тогда ты была на много лет моложе, – поглаживая ее по волосам, сказал Егор. – Зачем ты опять доводишь ситуацию до абсурда? Ты ведь сама загоняешь себя в угол – как можно выбирать между мужем и любовником? Я не задумался бы.

– А я вот думаю. Не обижайся, Егор, но в последнее время мне стало тяжело доверять тебе, особенно после твоего исчезновения. Ты никогда не был на кладбище? – неожиданно спросила она, заглянув в его глаза, и, когда он отрицательно покачал головой, резко поднялась и велела: – Одевайся, поедем!

– Зачем? – не понял Малыш, и Марина, повернувшись к нему, объяснила негромко:

– А я покажу тебе, где похоронила своего мужа – не тебя, а того, кто действительно был моим мужем, моим Егором.

Он подчинился, позвонил консьержу, попросив вывести из подземного гаража машину, оделся и помог Марине – всегда любил одевать и раздевать жену.

У подъезда стояла серебристая ""Ауди"", Егор сам сел за руль и вопросительно посмотрел на Коваль:

– Что ты замерла? Садись, детка, ведь хотела прокатиться.

Но она почему-то медлила, стояла у открытой дверки и курила, никак не решаясь сесть внутрь.

– У тебя был ""мерин"", – почти автоматически заметила она, выбрасывая окурок.

– Был. Но ""Ауди"" привычнее. Маринка, да что с тобой? – удивленно спросил муж. – Передумала?

Она не передумала, нет, просто очень тяжело было снова оказаться на кладбище, там, где провела довольно много времени, сидя на могиле, которая оказалась пустой. Наконец Марина сумела справиться с собой и села на заднее сиденье, поймав недоуменный взгляд Егора.

– Извини, я привыкла ездить сзади, если не сама за рулем, – виновато проговорила она, глядя в зеркало заднего вида.

– Не доверяешь? – усмехнулся он.