Госпожа проводница эфира

И что самое поразительное, именно ее шаги отбивали сигнал «спасите наши души».

Спасу, конечно, именно для этого я тут. В этом моя работа и, кажется, предназначение.

Изучив наряд девушки, я всмотрелась в лицо. Благодаря тьме в крови мне не требовалось дополнительное освещение, я хорошо видела и в сумраке.

Веки припухшие, она явно долго плакала недавно. О, а на правой скуле явно замазанный синяк. Вот это уже интереснее. Я опустила взгляд ниже и присмотрелась. Еще синяки, плохо замазанные белилами, на шее и правой груди. Ее придушивали и щипали, судя по всему. Правую руку она прижимала к боку и старалась ею не шевелить. Похоже, девочку били. И сильно. И глаза у нее не просто припухшие от рыданий, а с легкой безуминкой. Именно с такими глазами идут убивать или прыгать с моста.

Точно. Моя клиентка!

И я шагнула с крыльца ей навстречу.

Глава 23

Глава 23

Большие трагедии маленьких людей

Девушка не видела меня до последнего и, когда я появилась прямо перед ней из ниоткуда, вздрогнула, замерла испуганным мышонком и уставилась огромными глазами, как на призрака. Это она зря, наш призрак уже не призрак.

— Добрый вечер, — обратилась я к ней.

— Д-добрый, госпожа, — судорожно вздохнув, отмерла она. Наверное, в ее понимании, привидения не разговаривают.

— Я бы хотела поговорить и кое-что вам предложить.

У нее был такой вид, что я решила сразу переходить к главному, не пугать эту и без того запуганную девчонку.

— Йа-а-а... — проблеяла она. Потом втянула носом воздух, задержала дыхание, выдохнула. И на ее лице расцвела профессиональная призывная улыбка. — Что желает госпожа? Я готова удовлетворить все ваши капризы. Госпожа желает чего-то особенного, необычного?

— Пожалуй, — хмыкнула я. В глазах моей собеседницы всплеснулся ужас, но она продолжала улыбаться. Только вот губы дрожали. — Нет-нет, не в этом смысле! Выдохни, ребенок! Твои услуги продажной женщины меня не интересуют.

Улыбка медленно сползла с ее лица, но в глазах начала нарастать паника. Да блин! Что с ней не так? Я же ничего плохого не сказала и не предложила.

Я хотела потянуть информацию из эфира, но не успела. Девушка сама домыслила и сделала выводы. Зябко поежилась, как-то обреченно посмотрела мне за спину на открытую дверь и, понизив голос, спросила:

— Я нужна для вашего... кого-то? Госпожа, я хорошо выполняю работу. Вы не пожалеете. Всего один золотой! И можете делать все, что пожелаете. У меня высокий болевой порог. — Она снова попыталась улыбнуться.

Каюсь, я не сдержалась и выругалась нецензурно и от души. Ну вот не доводилось мне еще в моей жизни оказываться в подобных ситуациях и беседовать на подобные темы.

Выдохнув, я спросила сжавшуюся девчонку:

— Помощь и временный приют нужны? Не забесплатно, но не за это...