Госпожа частный сыщик

А она совершенно цела, как будто ее сначала усыпили…

–  Или погрузили в стазис! –  осенило меня. –  И сняли его, когда девушка оказалась под водой!

–  Она рефлекторно вдохнула –  и легкие наполнились водой мгновенно! –  подхватил мужчина, в глазах которого начал разгораться огонек азарта. У меня возникло ощущение, будто мы перебрасываемся мячиком для пинг-понга, подхватывая мысли друг друга. –  А после тело извлекли и снова погрузили в стазис.

–  И, значит, мы либо имеем дело с магом-целителем или бытовиком…

–  Либо, что куда вероятнее, снова с артефактами или запрещенными ритуалами, –  невесело хмыкнул Рэмвилл. –  Но тот факт, что девушка не в больничной одежде, говорит о том, что собиралась она все-таки сама.  Просто надела то, что было у нее в палате. Скорее всего, платье, в котором ее привезли родные. Если бы ее переодевали силой, остались бы следы.

На секунду возникла пауза. Я глубоко вдохнула, грея руки о горячую чашку.

–  Письма, –  напомнил бесплотный голос откуда-то из воздуха. Проявляться дядя Рэндаф не стал. Однако я поняла, о чем он.

–  Старый призрак из дома скорби сказал, что и Юна, и Эрна постоянно читали какие-то письма, –  медленно проговорила я. –  Но Юна была сиротой, которую даже никто не навещал. Кто мог бы ей писать? Что если их обеих каким-то образом выманили –  и сбежали они самостоятельно? Кто-то втерся в доверие каждой из них, писал письма…

–  Письма еще должен был кто-то передавать, –  нахмурился мужчина. –  Кто-то из сотрудников.

–  А значит, этот кто-то и помог им сбежать, –  подхватила я, озвучив уже очевидное.

–  И это должен быть кто-то, у кого есть ключи от всех помещений, –  добавил мой собеседник. –  А значит, исключаются все санитары. Это обычные работяги, и ключи от женских палат им никто бы не стал доверять. И… нам очень нужно заключение магов о точном времени смерти!

Я с невольным торжеством отметила про себя это “нам”.

–  Зачем? –  переспросила непонимающе. –  Если тело было в стазисе…

–  То убийца постарался сделать так, чтобы на предполагаемый момент смерти жертвы –  тот самый, который определят наши маги, –  у него было было нерушимое алиби. Чтобы отвести от себя подозрения, он должен был находиться в это время на глазах у как можно большего количества свидетелей. Желательно –  уважаемых и вызывающих доверие. И можно с большей или меньшей вероятностью исключить всех подозреваемых, которые в это время были одни и ничем своего алиби подтвердить не могут!

Я восхищенно выдохнула. В самом деле! Обычно ищут того, у кого нет алиби. Но нам нужен именно тот, у кого на “неправильное” время алиби есть, и самое неоспоримое!

Я снова отхлебнула какао, наконец-то начиная чувствовать его вкус.

Вместе мы точно сможем вычислить и поймать этого мерзавца.