Госпожа частный сыщик

Это серое платье было на призраке, понимаете? Если бы она просто сбежала, заблудилась и утонула, призраком она была бы одета или в привычную больничную ночную рубаху, или в любимую одежду, а не в то, в чем ушла…

Все так же путаясь в словах, я рассказала, почему по-разному выглядят призраки.

Рэмвилл, присевший передо мной прямо на край своего стола, с интересом слушал.

В дверь деликатно постучали. Глава доревилльской полиции поднялся, приоткрыл дверь и взял протянутую секретарем чашку, исходящую горячим паром. Снова запер кабинет.

И протянул мне чашку.

Я отхлебнула горячий напиток, едва ощущая вкус. Кажется, это было какао.

И едва не облилась, только сейчас обнаружив, что у меня дрожат руки.

Рэмвилл тактично сделал вид, что не заметил этого, и снова присел на край стола.

–  Почему вы думаете, что это же не может быть и ее любимое платье? –  уточнил он, как будто даже не пытаясь мне возразить, а уточняя. –  Может, она специально нарядилась для побега. И призраком вернулась в нем по той же причине.

–  А вы его видели? –  я скептически фыркнула. –  Вы видели этот жесткий воротничок? А это серое сукно?

–  Полагаете, оно недостаточно… хммм… нарядное?"

"–  Да нет же, оно просто неудобное! Хотя… пожалуй, вы тоже правы. Одежда может быть любимой, если в ней удобно или если она красивая. Хорошо бы и то и другое, но эта привилегия только для мужчин, –  я покосилась на свой жилет. –  Но здесь ни то ни другое. Оно скучное и очевидно неудобное –  зато весьма приличное. Это платье явно выбирала ее матушка, а то и гувернантка. И, значит, призрак оказался в нем только потому, что именно в нем девушка погибла. И, значит, это точно была насильственная смерть!

–  Интересно, –  мужчина потер подбородок. –  Надо же… должен признать, вам удалось меня удивить. Женский взгляд, оказывается, может быть весьма полезен.

Я снова фыркнула. Да уж… некромант-мужчина, даже увидев это платье, вряд ли мог бы сделать о нем какие-то выводы. Для этого надо попробовать походить в такой конструкции!

Во всяком случае, я точно знаю, что когда-нибудь, когда я умру и вернусь к своим близким, чтобы утешить их перед тем как уходить навсегда, я буду одета… во что-нибудь домашнее. В чем легко дышать и что нигде не давит и не впивается. Даже если дышать мне будет уже не нужно.

Хотя, пожалуй, мужская одежда тоже вполне подойдет.

–  Главное –  что мы можем уверенно считать, что это было именно убийство, –  заключила я. –  Несмотря на отсутствие следов борьбы.

–  Пожалуй, полное отсутствие прижизненных повреждений тоже говорит в пользу этой версии, –  задумчиво добавил Рэмвилл. –  Ведь если бы девушка упала в воду, она могла подвернуть ногу на берегу, ссадить кожу при падении, она бы барахталась и за что-нибудь цеплялась.