Господин Зима

 – Давай. Бери и пиши. И чтобы никто тебе не подсказывал!

Явор попятился. Он знал: матушка Ветровоск – всем каргам карга. Даже думать не хочется, что она может сотворить с оступившимся Фиглем.

Потея от волнения, он взял карандаш и приставил его к дощатой столешнице. Другие Фигли собрались вокруг, но под строгим взглядом матушки никто не решился хоть взглядом подбодрить Большого Человека.

Явор уставился в потолок и пошевелил губами. На лбу у него выступил пот.

– Ка-а-а-а-а… – протянул Фигль.

– Раз, – сказала матушка.

– Эй! Хтой-то тут считатит? – возмутился Явор Заядло.

– Я, – ответила ведьма.

Эй запрыгнула к ней на колени и свернулась клубком.

– Раскудрыть, не было уговору, чтоб ты считатила!

– А я разве не сказала? Правила могут измениться в любую минуту. Два!

Явор накорябал более или менее разборчивое «К», подумал и вывел «Р», как раз когда матушка сказала:

– Три!

– Ты «А» прозабыл, Явор, – подсказал Билли Мордаст. Он с вызовом посмотрел на ведьму и добавил: – Ты сама сказанула, что правила могут меняться!

– Конечно. Пять!

Явор написал «А» и в порыве вдохновения добавил «М».

– Шесть с половиной… – Матушка спокойно поглаживала кошку.

– Что? Ах, раскудрыть! – пробормотал Явор, вытирая вспотевшую ладонь об килт.

Снова схватив карандаш, он вывел на столе «Е». Нижняя палочка получилась длинной и волнистой, потому что он слишком сильно надавил и грифель сломался.

Явор Заядло зарычал и выхватил меч.

– Восемь.

Полетели щепки – Явор Заядло несколькими рубящими ударами очинил карандаш.

– Девять.

Весь красный, с выпученными от напряжения глазами, Явор начертал на столе «Л».

– Десять.

Явор Заядло вытянулся по струнке, весьма испуганный, но в то же время и слегка гордый собой, возле своего творения:

КРАМЕЛ

Фигли грянули «Ура!», и те, кто стоял поближе, принялись обмахивать вождя килтами.

– Одиннадцать.

– Что? А, раскудрыть его!

Явор Заядлор кинулся в конец слова и спешно добавил маленький мягкий знак.

– Двенадцать.

– Считай докуды хошь, хозяйка, – заявил Фигль, отбросив карандаш, – а токо эт’ вся карамель как она есть.

Его братья снова разразились радостными криками.

– Героическая попытка, Явор Заядло, – сказала матушка. – Первое, что герой должен одолеть, – это собственный страх. А когда дело доходит до драки, Фигли не знают такого слова.

– Твоя правда, – признал Большой Человек. – Мы многих тыщ словей ни бум-бум.

– Можете вы сразиться с драконом?

– Ах-ха, гони его сюдыть! – пропыхтел Явор, всё ещё злой из-за карамели.

– Бегом подняться на высокую гору?

– Нае проблемо!

– Прочитать книгу до самого конца, чтобы спасти свою малу громазду каргу?

– Ах-ха… – Явор осёкся. Вид у него сделался затравленный. Фигль облизнул губы.