Господин из завтра. Тетралогия

Удачи вам, Володя!

Интересно, что там, в конверте, написано? Эх, любопытство сгубило кошку — посмотрю! Отзыв… «…Проявил себя… внимательный и усердный работник… благодарность за выполненную во внеурочное время работу… быстрый ум…» Быстрый ум — надо же?! А приятно все-таки, что тебя оценили! Та-ак, что тут еще? «Оценка за практику — превосходно»! Замечательно! Есть чем похвастаться перед братцем. А через три годика и вообще ему нос задирать станет неуместно: в КГБ работа не проще, чем у него…

Рассказывает Олег Таругин

Он же — император Николай Второй

…После обязательной утренней гимнастики — русской гимнастики, разумеется, — я усаживаюсь завтракать. Татьяна в утреннем туалете чмокает меня в щеку и устраивается рядом. Вместе с нами завтракают неразлучные Шелихов с Махаевым, Гревс, несколько лейб-конвойцев, двое караульных самураев и две фрейлины Моретты. Подозреваю, что она приглашает их за общий стол в пику мне. Показать, что и у нее имеется свой собственный «ближний круг». Хотя, возможно, я и ошибаюсь…

Юкио Хираока и Таканобу Хасуда — в крещении Федор и Матвей — единственные, кто озаботился молитвой перед началом завтрака. Теперь они чинно сидят за столом, аккуратно отщипывая маленькими кусочками ветчину, хлеб, яичницу. Они полностью отказались от японской кухни и только чай пьют не из чашек или стаканов, а из японских… не знаю, как они правильно называются, но похожи на пиалы.

Неистребимая привычка — читать за столом. Я вскрываю столовым ножом пару официальных писем, а после них принимаюсь за газеты. Ха, поглядите-ка! «Дядя Паша» собственной персоной. За спиной какие-то люди, паровой экскаватор, штабеля бревен… «Его высочество великий князь Павел Александрович на читинском участке трассы Великого сибирского пути». Неплохо, неплохо… Что-то давно я от «дяди Паши» весточек не получал. Читинский участок… А это сколько в процентах от всего объема строительства?..

— …Милый, — голосок Татьяны звучит раздраженно и обиженно, — милый, ты, что, меня не слышишь?"

"О-па! Оказывается, моя ненаглядная уже минуты три мне что-то рассказывает, а я и не замечаю! Мамочка моя, императрица вдовствующая! Святители-заступники, не выдавайте! Сейчас такое начнется!..

— Ну что ты, счастье мое, я внимательно тебя слушаю.

— Да? — в голосе сквозит недоверие. — И как же, ты считаешь, следует поступить?

Все. Хана! Если бы я имел хоть малейшее представление о том, с чем «следует поступить»? Или с кем?

В отчаянии я оглядываюсь. О! Гревс изображает у себя над головой корону, Егор яростно разглаживает усы, а Филя Махаев пытается встать «во фрунт», не вылезая из-за стола. Чего-чего? Ага! Значит, Татьяна имеет в виду прибытие к нам с официальным дружественным визитом Вильгельма.