Адвокат вольного города 5 (СИ)

— А он может… и не помнит про конкретно эту поставку, этот договор, — закатил глаза Рубинштейн.

— Про поставку на миллион? Пусть так и скажет, чего Вы боитесь, коллега? Правды? — глумился над оппонентом я.

— Мнение по ходатайству, — перебил нашу пустую дискуссию судья. — Ответчик, Ваше слово?

— Возражаете… Значит, мы как поступим. Ходатайство принимается к работе, к рассмотрению. Вы, ответчик, подумайте и посоветуйтесь с директором, истец, напишите своё ходатайство в письменном виде. И мы его рассмотрим в судебном. Есть ещё ходатайства?

— Мы хотим привлечь банк к участию в деле!

— В связи с чем? — опешил судья.

— Ну, истец утверждает, что были оплаты, авансирования. А нам кажется, что оплат не было.

— Кажется? — скептически спросил Родионов.

У них тут не было выражения про «креститься нужно», а если бы было, он бы обязательно его выдал.

— Банк в таких случаях не участник правоотношений, а исполняющий орган, — поумничал я. Хотя мне было и всё равно, банку на наше дело было бы наплевать, мы оба от него ничего не хотели.

— Мы подумаем над ходатайством, — хмуро стоял на своём Рубинштейн.

— Прошу Вас подумать в письменном виде, коллега, — вздохнул судья. — Итак, позиции начинают прорисовываться, общее мнение Ваших сторон понятно. Не буду скрывать, дело большое, точнее сказать, большая сумма исковых требований. Спешить мы не будем, рассмотрим со всем тщанием. А сейчас определимся с датой судебного заседания.

Когда мы выходили из здания суда, я попрощался с Рубинштейном за руку.

— Я полностью отклоню иск, коллега. Только полный отказ. Вы лучше отзовите его, так клиенту и передайте, — молодцевато выдал мне оппонент.

— Коллега, я же получаю за судебные. Поймите и меня, даже за проигрышное дело мне платят, — безобидно ответил я.

— Ну, это я как раз понять могу, — смягчился он. — Тогда просите предоплаты, потому что дело лёгким не будет!

И он ушёл. А вот тот непонятный хмырь, что присутствовал на заседании, нет, не ушёл.

Мы стояли на холме, поросшем шелковистыми травами. Похоже на степи, в которые попадаешь из китайского квартала.

— А теперь поговорим, — я недобро улыбнулся и достал пистолет Кольта, который пугающе привычно сел мне в руку. — Кто Вы такой, что делали на судебном?

— Я слушатель, — невинно развёл руками мужичок. — Просто любопытный гражданин.

— А вы знали, слушатель, что «сольпуги», то есть Братство, находятся вне закона и помогать им в любой форме — это имперское преступление? — без предисловия нахмурился я, переходя к настоящей причине своего интереса и не делая вид, что «Грюнк» обычная фирма.

Он снисходительно поморщился:

— Да я просто любопытный гражданин.