Охота на Горностая

Он кашлянул, привлекая внимание, и девушка обернулась, опустив молот и развязывая стянутый в узел широкий отрез ткани, повязанный на лоб, как лента.

– Здравствуй, странник, – приятным низким голосом проговорила она. Зелёные глаза смотрели на Сорена без страха, спокойно и дружелюбно. – Что привело тебя ко мне?

Сорен и сам не знал. Но развернуться и уйти, налюбовавшись, было неудобно, поэтому он сказал:

– Да вот, ищу, где остановиться на ночь.

Прозвучало глупо и нескромно, но девушка даже не порозовела, только глаза блеснули озорно да лёгкая улыбка тронула уголки губ. Она шагнула вперёд, стаскивая рукавицу, и протянула для пожатия маленькую крепкую ладонь.

Когда солнце коснулось верхушки леса, они сели ужинать. Ганна, переодевшись в чистую белую рубаху и холщовые штаны, сноровисто собрала на стол: простую похлёбку, хлеб, домашний эль. Они сидели друг против друга, почти соприкасаясь коленями. Её чисто умытое, гладкое лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени. Когда она подносила кружку к губам, рука её едва заметно дрожала – Сорен решил, что от усталости, всё ж таки не женское это дело – кузнечное ремесло. Но спросить так и не решился.

Ганна заговорила сама – когда они вдвоём помыли посуду в большой бочке и уселись бок о бок на крыльце, глядя, как стелются по земле долгие сизые тени.

– Тебе, наверное, много чего спросить хочется, странник Сорен, да не знаешь, как начать?

Усмехнулась, подтолкнула локтем в бок: смелее, не робей. И опередила Сорена на мгновение:

– Почему такая девушка, как я, занимается таким делом?

Ганна склонила голову – волосы мягкой волной скатились по плечу, закрывая лицо. Сорен смотрел на её руки – жёлтые застарелые мозоли, пальцы с набухшими суставами и кожей в мелких ожогах, ногти обломаны. Она бессознательно сжимала и разжимала ладони, морщась, словно превозмогая боль.

– Многие хотели бы знать, – сказала она и добавила совсем уж странное: – Даже я.

Сорен открыл было рот, но Ганна легко хлопнула его по колену.

– Нет, погоди. Сама всё расскажу. Этим и заплатишь – выслушаешь меня. – Она выпрямилась, снова поморщившись, откинула волосы назад, устремила взгляд в темнеющее небо. – Мало кто забредает сюда случайно, а остаются и того меньше. Слушай, странник. Я родилась не здесь, а в далёком, удивительном городе, в семье, где девочек с самого рождения прочат в волшебницы. – И рассмеявшись вдруг, спросила: – Веришь, что есть такое место?

– Верю, – честно сказал Сорен. Как не поверить, после всего, что с ним приключилось.