Горячий угон

– Сотрудник проводит вас, вручит небольшие подарки… Лейтенант! – Ищенко поманил пальцем оперативника. – Возьми ключи от моего кабинета… Справа на столике – подарки в пакетах… Каждому ветерану – по пакету! Быстро!

Опер схватил ключи и выскочил в коридор.

– Идите за мной, пожалуйста! – пригласил он гостей.

Полупан, тяжело дыша, сидел на стуле и жадно пил воду.

– Докладывай! – приказал Ищенко оставшемуся оперу. – Сколько всего таких случаев? Не только у нас, по России надо посмотреть!

– Порядка десятка, может, больше… А по стране надо выборку делать!

– Ничего смотреть не надо, никаких выборок! – горячечно произнёс Горыныч. – Это Гаврин, сучонок! Он сотни свиней переколол, а потом за людей взялся! И Никитос, и Кузнецова, – и все эти ваши «висяки» на нем! Просто он умело обставляется! Но больше некому!

– Знаешь, Гаврилыч, – подумав, сказал Ищенко. – Пойдём-ка ко мне, я начальника УР вызову, ребят-убойщиков… Расскажешь им свои подозрения, обсудим все. Только не скандаль…

* * *После расстрела на Лермонтовской, Гаврош неделю не высовывал носа из своей квартиры. Но бесконечно отсиживаться в норе нельзя. К тому же всю жизнь он ходил бок о бок со смертью и привык к риску. Другое дело, что очень трудно найти черную кошку в темной комнате. Особенно, если ее там нет. После того что произошло в его квартире, Перевозчик наверняка «залег на дно». Скорей всего, вообще уехал из города. Только любой беглец всегда оставляет следы…

Конечно, лучше всего было бы грохнуть самого Авила. Но для этого понадобится десяток вооруженных до зубов головорезов, да и то если повезет… И все равно этим проблему не решить. Потому что проклятый Перевозчик может отдать телефон напрямую друзьям убитого Шевлякова… Так что, без него не обойтись!

Гаврош вновь шёл по торговым рядам «Колеса Фортуны» и вновь мысленно отмечал, что изменилось с тех пор, как он был здесь последний раз: «На месте старого Кима теперь торгует молодой парень. То ли внук, то ли просто земляк, но похож. В этом ряду почти все новые, мало кого знаю… О, а там вообще место освободили, похоже, собираются новый павильон строить.

Жизнь здесь была очень динамичной, потому что машина для производства денег не может простаивать или работать вхолостую. Хоть бы Кривой оказался на месте – по слухам, он уже освободился и должен был, подобно иссохшей губке, напитаться свежими новостями из криминальной жизни города.

Кривой, как всегда, сидел под тентом у развала старых запчастей с разборки. Увидев Наполеона, он вскочил, хитрые глаза воровато забегали из стороны в сторону.

– А ты чего? – сказал он. – У нас тут новая крыша…

– Не суетись, Кривой! Я это лучше тебя знаю! Скажи мне, как Перевозчика найти?

– Перевозчика? – искренне удивился торговец.