Горец

Давид следом поднимается, не успеваю драпануть, хватает за локоть и тащит на выход. Я упираюсь, сопротивляюсь, но он держит меня крепко.

— Ты перешла все допустимые границы!

— А ты так легко позволяешь ей меня оскорблять!

— Я ничего еще никому не позволял! — на лице жесткое, незнакомое мне выражение, в голосе металл, в глазах льды. — Говорил же, будь выше всяких оскорблений, не опускайся ниже своего достоинства! А что в итоге? Устроила детский сад! Горшки не поделили?

— Тебя не поделили!

— Я не вещь, чтобы меня делить, во-первых. Во-вторых, Милана мать Хади, хочешь — не хочешь, а придется смириться с ее существованием в моей жизни, — отпускает мой локоть, мне до слез обидно слушать эти нравоучения. Смотрит холодно, без улыбки, такой отчужденный, равнодушный до моих терзаний.

— Езжай домой, — упрямство не самое лучшее качество, но я упряма, не слушаю доводы рассудка. В очередной раз выбрали не меня. В очередной раз меня просят подождать, позже со мной поговорят, потом разговор со мной не горит.

Облизываю губы, часто моргаю, дабы не расплакаться, стягиваю с себя пиджак Давида. Кидаю его наугад, но он успевает подхватить. Переживем. Не впервой.

Пячусь назад, смотря на мужчину неподвижным взглядом, он следует за мной."

"— Алена! — я отворачиваюсь, делаю несколько шагов, вновь хватает за локоть, поворачивает к себе. Упираюсь ладонями ему в грудь, накрывает своими теплыми губами мой рот. Я сопротивляюсь его натиску, бью кулаками по плечам, чувствую, как сквозь сомкнутые веки текут слезы. О нет, только не перед ним, только не сейчас. Прикусываю его нижнюю губу, Давид охает от неожиданности, отпускает. Пользуюсь моментом, убегаю от него, не разбирая дороги.



— Алена! — бежит следом. Ведь догонит, подчинит, сделает по-своему.

— Пошел на х**! — кричу, ускоряясь. Вижу неподалеку остановку, подъезжающий автобус. Мне все равно, куда он идет, главное оторваться от Давида. Мне все равно, что будет дальше, хуже уже не будет.

Автобус заполнен людьми, все же в городе давно начался туристический сезон, поэтому примеряю роль безбилетного зайца. Судьба видимо сжалилась надо мной, потому что я узнаю окрестности за окном. Мне в очередной раз везет, из нужного мне подъезда выходят люди.

— Алена? — Дина удивленно смотрит на меня, но потом затаскивает в квартиру и больше не задает вопросов. Я хочу плакать, а не получается, слезы превратились в льдинки, только режут изнутри.

— Чай будешь? — на кухне уютно, пахнет выпечкой. Дина в тайне от всех увлекается приготовлением тортов и пирожных, глядя на ее точеную фигурку, в это сложно поверить, но факт.

— А что покрепче есть?

— Только прошлогоднее домашнее вино, но думаю оно лишнее.