Горец

Мои губы с самого утра растянуты в улыбке. Победной.

— Ты выглядишь так, словно выиграла миллион, — Давид посмеивается, нажимает на кнопку вызова лифта.

— Именно такое чувство, — обхватываю его руку, прижимаюсь.

— Ален, я тебе уже говорил, на работе нужно соблюдать субординацию, — мягко мне напомнинает о правилах поведения между нами. С недовольным вдохом убираю руку, поправляю пальто.

— Доброе утро, Давид Рашитович! — возле нас появляются несколько человек, в основном мужчины, но мой взгляд придирчиво проходится по двум женщинам. Милые, наверное, из бухгалтерии. По мне тоже проходятся заинтересованными взглядами, всем приветливо улыбаюсь.

— Доброе утро, — Давид кладет руку мне на талию и пропускает первой, заходит следом, потом остальные. В кабине напряженное молчание, то самое молчание, когда едешь рядом с начальством и не смеешь лишний раз пошутить.

— Они все такие буки? — задаю вопрос, как только мы остаемся одни и едем на два этажа выше.

— Они сотрудники, между собой панибратство не возбраняется, меня лично хлопать по плечу и лезть целовать — не рекомендуется.

— Но мне то можно?

— Нет, — как отрезал и еще серьезно посмотрел. — Мы на работе, Алена. Целоваться, обниматься, даже большее я тебе разрешу только дома, подальше от посторонних глаз.

— Как скучно ты живешь. А как же секс в не запертом кабинете?

— Пусть этот адреналин хапают другие, я предпочитаю в таком деле не нервничать. Прошу, — приглашающий жест, я уже не так уверенно иду вперед, и уголки губ чуток опускаются. Пока мы идем к его кабинету, начальники других отделов сдержанно здороваются, поспешно скрываются в своих кабинетах. До начала рабочего дня еще десять минут, я уже догадалась, что большинство на своих местах.

— Доброе утро, Давид Рашитович, — а вот и обворожительная Варя нас встречает с лучезарной улыбкой. Правда, при виде меня улыбка немного меркнет, но выдержка ее не подводит. Профессионалка, в этом Давид прав.

— Доброе утро, Варя. До конца недели помоги освоиться на месте Алене, а со следующей недели ты будешь работать у Льва Андреевича, — Варя бледнеет на глазах, я шире улыбаюсь. — Мне кофе, — смотрит на меня без тени улыбки и уходит в кабинет. Я на секунду теряюсь, не зная, куда себя приткнуть. Мы с секретаршей смотрим друг другу в глаза.

— Ты ж не думала, что твоя выходка с фотографией пройдет бесследно, — снимаю пальто, иду к шкафу.

— А ты оказалась ревнивой и мстительной сучкой.

— Я жутко не люблю, когда на моего мужчину широко открывают рот. Если бы он хотел тебя трахнуть, это бы случилось задолго до женитьбы. Неужели, ты думала, что сменив статус, он захочет твое доступное тело?

Поговорить по душам нам не удается. В приемную заходят несколько мужчин с папками, я смотрю на время. Ровно девять.